Противники закона о домашнем насилии

На странице подготовлен материал на тему: "Противники закона о домашнем насилии" с подробным описанием от профессионалов для людей. Если возникнут дополнительные вопросы, обращайтесь к дежурному консультанту.

Изгнать и перевоспитать агрессора. Каким будет закон о семейно-бытовом насилии?

К внесению в Госдуму готовится законопроект о профилактике семейно-бытового насилия, который должен дать жертвам право на реабилитацию и охранный ордер от агрессора. Правозащитницы добиваются принятия специального закона много лет — в современном российском законодательстве нет понятия «домашнее насилие». Какие предложения есть в документе и как он может изменить ситуацию в семьях — в материале «Таких дел».

Фото: pxhere.com

Масштабы домашнего насилия

В российском законодательстве нет понятия «домашнее насилие» — в Уголовном кодексе есть ответственность за побои, истязания, угрозу убийством и избиение. При этом побои в отношении близких родственников в 2017 году перешли из разряда уголовных преступлений в административные правонарушения. Правозащитники указывают, что из-за этого невозможно представить настоящий масштаб проблемы домашнего насилия: государство вмешивается в частную жизнь только тогда, когда преступление уже совершено.

Согласно исследованиям кафедры уголовного права Санкт-Петербургского государственного университета, среди потерпевших от семейного насилия доля женщин составляет до 75%, а когда речь идет о супружеском насилии — до 91%. Однако две трети жертв насилия со смертельным исходом — мужчины. Более половины (56%) жертв домашнего насилия, обратившихся за помощью в правоохранительные органы, остались не удовлетворены их работой.

В последние годы Россия оказывается в списке стран, чьи законы хуже всего защищают женщин от насилия, — на одном уровне с Экваториальной Гвинеей, Федеративными Штатами Микронезии, Габоном, Гаити, Ираном, Кувейтом. Закон о семейно-бытовом насилии принят в 127 странах, но в их числе нет России. За последние 20 лет законопроекты о домашнем насилии составлялись десятки раз, однако до рассмотрения в Госдуме они не доходили, несмотря на то что около 40% всех тяжких насильственных преступлений в РФ совершается в семье.

Право соседей и свидетелей на защиту

Споры вокруг идеи закона о домашнем насилии не утихают. В соответствии с проектом от агрессоров будут защищены не только те, кто находится в официальном браке, но также бывшие супруги и сожители.

Согласно поправкам к проекту, статья «Право на защиту» закона о домашнем насилии будет гарантировать безопасность не только пострадавшим, но и близким к ним лицам, свидетелям и другим вовлеченным в ситуацию.

«Люди, которые помогают пострадавшим от домашнего насилия, обычно тоже находятся в зоне риска. Например, родители или друзья пострадавших, нередко сотрудники кризисных центров, – рассказала Москве 24 соавтор проекта Мари Давтян. – Очень важно, чтобы законом были защищены не только сами жертвы домашнего насилия, но и те, кто случайно или в силу профессионального долга оказался замешан в этой ситуации».

По ее словам, под защиту закона люди попадут, если есть угроза применения к ним любого вида насилия (морального или физического), а также угроза нанесения вреда имуществу. Например, человек в своей квартире укрывает жертву от побоев, а агрессор пытается проникнуть в его жилище. Или приближенный к жертве человек получает угрозы.

Фото: телеграм-канал «Подъем»

Охранный ордер

Законопроект предлагает ввести охранный ордер — документ, который запрещает насильнику приближаться к жертве ближе чем на 50 метров, контактировать с ней и ее близкими. В некоторых случаях агрессорам придется покидать место совместного жительства или возмещать жертве расходы на оплату временного жилья. Практика охранного ордера проверена более чем в 120 странах.

«Как осуществлять охранные нормы, когда люди живут в одной квартире и у них нет возможности разъехаться? Они каждое утро встречаются на кухне и не могут ограничить общение, потому что они по одному коридору должны пройти», — говорит сенатор Инна Святенко.

Она добавила, что правоохранительным органам нужно будет выстроить работающую систему для таких случаев. Депутат Татьяна Касаева тоже указывает, что важно прорабатывать механизмы правоприменения. Она привела в пример ситуацию, когда единственным наказанием агрессора становится штраф. «Меры эти действенны? Нет. Жертвы, наоборот, будут скрывать, потому что будут понимать, что это наказание будет выплачено из семейного бюджета», — объясняет Касаева.

Татьяна Касаева подчеркивает, что для профилактики домашнего насилия необходимо создать систему взаимодействия между госорганами. «Те меры, которые должны государством выполняться по предотвращению этих деяний, к сожалению, у нас крайне слабые или не прописаны в законодательстве», — комментирует представитель Госдумы.

«Закон не хочет всех пересажать в тюрьму. Закон хочет, чтобы домашнее насилие было искоренено под ноль», — говорила правозащитница Алена Попова.

О том, что делать жертвам бытового насилия до появления закона, член президиума Координационного совета НСБ России Владимир Каширов говорит: «Не терпеть, звать полицию, общественность, друзей, родственников, бить во все колокола. Самое главное — не скрывать».

Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в нашей стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и интервью, фотоистории и экспертные мнения. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем из них никакого процента на свою работу.

Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас оформить ежемесячное пожертвование в поддержку проекта. Любая помощь, особенно если она регулярная, помогает нам работать. Пятьдесят, сто, пятьсот рублей — это наша возможность планировать работу.

Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.

На Ваш почтовый ящик отправлено сообщение, содержащее ссылку для подтверждения правильности адреса. Пожалуйста, перейдите по ссылке для завершения подписки.

Если письмо не пришло в течение 15 минут, проверьте папку «Спам». Если письмо вдруг попало в эту папку, откройте письмо, нажмите кнопку «Не спам» и перейдите по ссылке подтверждения. Если же письма нет и в папке «Спам», попробуйте подписаться ещё раз. Возможно, вы ошиблись при вводе адреса.

Исключительные права на фото- и иные материалы принадлежат авторам. Любое размещение материалов на сторонних ресурсах необходимо согласовывать с правообладателями.

По всем вопросам обращайтесь на [email protected]

Нашли опечатку? Выделите слово и нажмите Ctrl+Enter

  • ВКонтакте
  • Facebook
  • Twitter
  • Telegram
  • Instagram
  • Youtube
  • Flipboard
  • Дзен

Нашли опечатку? Выделите слово и нажмите Ctrl+Enter

(Протокол № 3 от 01.12.2016 г.)

Благотворительный фонд помощи социально-незащищенным гражданам «Нужна помощь»
125009, г. Москва, Столешников пер., д.6, стр.3

ИНН: 9710001171
КПП: 771001001
ОГРН: 1157700014053
Номер счета получателя платежа: 40703810238000002575
Номер корр. счета банка получателя платежа: 30101810400000000225
Наименование банка получателя платежа: ОАО СБЕРБАНК РОССИИ г. Москва
БИК: 044525225

Регистрируясь на интернет-сайте благотворительного фонда «Нужна помощь», включающего в себя разделы «Журнал» (takiedela.ru), «Фонд» (nuzhnapomosh.ru), «События» (sluchaem.ru), «Если быть точным» (tochno.st), («Сайт») и/или принимая условия публичной оферты, размещенной на Сайте, Вы даете согласие Благотворительному фонду помощи социально-незащищенным гражданам «Нужна помощь» («Фонд») на обработку Ваших персональных данных: имени, фамилии, отчества, номера телефона, адреса электронной почты, даты или места рождения, фотографий, ссылок на персональный сайт, аккаунты в социальных сетях и др. («Персональные данные») на следующих условиях.

Читайте так же:  Место проживания ребенка после развода родителей

Персональные данные обрабатываются Фондом для целей исполнения договора пожертвования, заключенного между Вами и Фондом, для целей направления Вам информационных сообщений в виде рассылки по электронной почте, СМС-сообщений. В том числе (но не ограничиваясь) Фонд может направлять Вам уведомления о пожертвованиях, новости и отчеты о работе Фонда. Также Персональные данные могут обрабатываться для целей корректной работы Личного кабинета пользователя Сайта по адресу my.nuzhnapomosh.ru.

Персональные данные будут обрабатываться Фондом путем сбора Персональных данных, их записи, систематизации, накопления, хранения, уточнения (обновления, изменения), извлечения, использования, удаления и уничтожения (как с использованием средств автоматизации, так и без их использования).

Передача Персональных данных третьим лицам может быть осуществлена исключительно по основаниям, предусмотренным законодательством Российской Федерации.

Персональные данные будут обрабатываться Фондом до достижения цели обработки, указанной выше, а после будут обезличены или уничтожены, как того требует применимое законодательство Российской Федерации.

Тещина поправка: родителей жертвы домашнего насилия защитят от агрессора

Родителям, близким и соседям жертвы домашнего насилия хотят обеспечить защиту от агрессора и компенсацию морального вреда. Соответствующая поправка к законопроекту о домашнем насилии до конца этого года должна быть рассмотрена в Совете Федерации. Согласно предложению, эти люди смогут быстро добиться запрета нарушителю приближаться к ним ближе чем на 50 метров на срок до 1-2 месяца. Об этом Москве 24 сообщила адвокат и соавтор законопроекта Мари Давтян. Эксперты опасаются, что новым правом начнут злоупотреблять тещи и свекрови, желающие вмешаться в дела семьи.

На какую помощь могут рассчитывать близкие

В последнее время в СМИ стали все чаще освещать случаи домашнего насилия и истязаний со стороны мужей и сожителей. Одна из громких историй произошла в Иркутской области в ноябре этого года. Татьяна Боркина, которую бывший молодой человек вывез в лес, избил битой и несколько раз ударил ножом, чудом выжила. В интервью Москве 24 она рассказала о том, что терпела побои от своего мужчины на протяжении двух лет. Однажды он ей даже «порвал полщеки», после чего Татьяна подала в суд, но потом пошла на примирение, боясь за будущее сына.

После всего пережитого Боркина считает, что закон против домашнего насилия принять нужно обязательно, а поправки о защите близких и вовлеченных очень важны. По словам женщины, в их семье агрессор был угрозой не только Татьяне.

Дети в этой ситуации оказываются еще более незащищенными, потому что зачастую боятся рассказать, что на самом деле происходит, и не хотят разжигать конфликт между взрослыми.

Другой громкий случай произошел с Маргаритой Грачевой из Подмосковья, которую в 2017 году муж вывез в лес и отрубил ей кисти рук, подозревая в измене. Маргарита в диалоге с Москвой 24 пожаловалась на то, что «прошло уже два года, но ничего не поменялось» с точки зрения закона и жертвам «остается надеется только на себя».

В соответствии c поправками к проекту близкие жертвы и вовлеченные в ситуацию смогут обратиться за помощью в органы государственной власти для получения социально-правовой защиты.

Они смогут добиться защитного предписания или судебного защитного предписания.

В этом случае нарушитель не сможет преследовать человека и приближаться к нему ближе чем на 50 метров, если они не проживают вместе. Предписание будет действовать один месяц с момента вручения нарушителю. Если угроза семейно-бытового насилия сохраняется, предписание возможно будет продлить до двух месяцев.

Судебное защитное предписание выдается мировым судьей сроком от одного до 12 месяцев. В этом случае возможно выселение нарушителя, если у него есть иное жилое помещение. Компенсация морального вреда будет предоставляться только в судебном порядке при условии, что вред будет доказан.

По словам Давтян, поправка о защите близких жертвы должна быть рассмотрена до конца года правовым управлением аппарата Совета Федерации, а затем будет вынесена на обсуждение рабочей группы законопроекта о домашнем насилии.

В свою очередь, Владимир Путин на большой пресс-конференции, прошедшей 19 декабря 2019 года, признался, что у него «смешанное» отношение к законопроекту о домашнем насилии. Путин подчеркнул, что выступает совершенно «против любого насилия, в том числе насилия в семье, прежде всего к детям и к женщинам».

Также он подчеркнул, что «силой не заставишь любить». При этом Путин напомнил, что за ряд правонарушений можно привлечь к ответственности, воспользовавшись уже действующими нормами, в том числе за хулиганство, за нанесение побоев и тяжких телесных повреждений.

Преступление без преступления: логическая загадка

Согласно определению, предложенному в законопроекте, семейно-бытовое насилие — это умышленные действия, которые причиняют или «содержат угрозу причинения» физического или психического страдания, а также имущественного вреда. При этом к семейно-бытовому насилию не относятся административные правонарушения и уголовные преступления.

Не защищает: закон беспомощен, когда преступление совершено

Получается, закон беспомощен против наиболее опасных правонарушителей. Если родственник уже избил пожилого человека с деменцией, никаких мер по отношению к нему законопроект не предусматривает, потому что побои в зависимости от причиненного вреда являются или административным правонарушением, или уголовным преступлением.

«В данной редакции документ выглядит неэффективным», — считает Александра Имашева, руководитель Центра психологической помощи «Свеча».

Впрочем, группа разработчиков законопроекта уже подготовила поправки, которые распространяют понятие «семейно-бытовое насилие» и на те деяния, которые перечислены в КоАП и УК.

Нарушает права: «подвергшимся насилию считается человек, не подвергшийся насилию»

Если действия человека не являются правонарушением, преступлением или проступком, значит, он не нарушитель, отметил Сергей Пашин, федеральный судья в отставке, профессор Высшей школы экономики. «Если он нарушил право, то какое именно это правонарушение? Если он нарушил правила общежития, то какое до этого дело государству? Закон не должен регламентировать, как надо объясняться в любви девушке и как супруги должны жить вместе», — считает Пашин.

В нынешней редакции непонятно, кого и от чего защищает закон. «Оскорбление – это административный проступок, как и клевета. Угроза – это преступление. Побои – это иногда административный проступок, иногда преступление. Что это за нарушения, которые не являются ни преступлением, ни проступком, но могут причинять психические страдания?» — недоумевает эксперт.

Согласно законопроекту, лица, подвергшиеся семейно-бытовому насилию, — это в том числе люди, «в отношении которых есть основание полагать», что им «могут быть причинены» физические или психические страдания, или же имущественный вред. «Значит, подвергшимся насилию считается человек, не подвергшийся насилию», — делает вывод Сергей Пашин.

Законопроект нарушает неприкосновенность частной жизни и наносит удар по принципу правовой определенности (ясности и точности правового регулирования), считает юрист.

В Генеральной прокуратуре, однако, полагают, что законопроект будет способствовать профилактике административных правонарушений и уголовных преступлений до их совершения.

Язык для описания насилия

Член комитета Госдумы по образованию и науке Татьяна Касаева указывает, что для изменения ситуации с домашним насилием нужна общая терминология в законодательстве. «Правоприменитель может толковать ситуацию как хочет: насилие это или не насилие, тяжкий вред здоровью или не тяжкий. У нас нет в законодательстве понятия семьи. Брак в Семейном кодексе есть — добровольный равноправный союз мужчины и женщины. А к семье у нас отсылочные нормы», — указывает Касаева.

Читайте так же:  Где подавать на развод по месту прописки

По ее мнению, закон также должен прописывать понятия семьи, агрессора, охранных ордеров. «Надо разработать терминологию — что такое охранные ордера, как их применяют. Чтобы это не стало профанацией, а действительно была работающая норма», — считает депутат. С ней согласилась эксперт в сфере домашнего насилия центра содействия реализации родительских прав «Защитники детства» Анна Пархоменко.

«У нас нет слова, которое бы обозначало нарушителя. За границей это “абьюзер”, “аллиенатор” — много терминов. В России нет терминов даже для этого. Это значит, что в сознании людей нет такого понятия, как “человек, совершающий насилие по отношению к другому”. Очень важна терминология, чтобы у людей начало появляться понимание, что такое есть в обществе», — говорит Пархоменко.

Первый зампред комитета Совфеда по социальной политике Инна Святенко считает, что «описать эмоциональную, моральную составляющую того, что происходит в области семейно-бытового насилия, очень сложно, юридический язык достаточно сухой». В нынешней версии законопроекта семейно-бытовым насилием предлагается считать умышленное противоправное действие или угрозы в отношении близких родственников или их имущества. Под профилактикой домашнего насилия понимается предупреждение и пресечение насилия, его выявление и устранение его условий.

Экспертом по «психическим страданиям» станет полицейский

Фото: Александр Кондратюк / РИА Новости

Определять, был факт семейно-бытового насилия или нет, и кто кого в семье обидел, будет сотрудник органов внутренних дел. Ему придется оценивать даже «угрозу причинения психического страдания». Никаких правил, что считается психическим страданием, или шкалы, с помощью которой это страдание измерять, полицейским не выдают.

Зять раскритиковал борщ тещи, и она страдает – это насилие, за которое его нужно поставить на профилактический учет? Теща в сердцах разбила айфон зятя, ему причинен имущественный вред – ее надо выселить из собственной квартиры?

Выбор мер профилактического воздействия будет зависеть от личного опыта и взглядов на жизнь конкретного сотрудника правоохранительных органов. Например, он может на глазах у изумленных соседей забрать предполагаемого нарушителя в отделение полиции и провести с ним там профилактическую беседу.

Не защищает: оценивать ситуацию должен специалист

Сотруднику полиции может не хватить квалификации, чтобы выявить факт семейно-бытового насилия в отношении пожилого человека. Лучше, когда ситуацию оценивают специально обученные люди, считает Алена Давыдова.

«В Израиле ситуацию в семье, где есть нуждающийся в уходе пожилой человек, отслеживает социальный работник. Это специалист с высшим образованием, который регулярно навещает семью. Если есть какие-то признаки насилия, в том числе психологического, или родственники получают материальную компенсацию за уход, но пренебрегают нуждами подопечного, социальный работник сообщает об этом в страховую компанию или в полицию», — рассказала она.

Нарушает права: презумпции невиновности, доказательств и расследования не будет

«Человек с деменцией может жаловаться, фантазировать. Мы все знаем, что при этом заболевании бывают такие нарушения, когда человеку кажется, будто у него воруют деньги, или его не кормят», — отметила Алена Давыдова.

Но законопроект не предусматривает расследование, сбор доказательств, даже презумпцию невиновности. Это «нарушителю» придется доказывать сотруднику полиции, что он невиновен.

За ложный донос ответственность не предусмотрена

Видео (кликните для воспроизведения).

Фото с сайта health.harvard.edu

Основанием для того, чтобы власти приступили к «профилактике», может быть заявление не только самого пострадавшего, но и сотрудников соцзащиты, медицинских учреждений и т.п. А если потенциальная жертва семейно-бытового насилия находится в «беспомощном или зависимом» состоянии, то подать заявление об угрозе насилия (не говоря уже о факте) может любой гражданин. Рассматривать эти заявления, жалобы и сообщения органы власти должны «незамедлительно».

Не защищает: пожилой человек не будет жаловаться

Пожилые люди часто сталкиваются в семье с такими формами насилия, как игнорирование их потребностей, пренебрежительное отношение. Но они не пойдут жаловаться на это в полицию. «Насилие над стариками всегда безмолвное. Пожилые люди боятся ухудшить отношения с родственниками и остаться в одиночестве, пусть даже в психологическом. Они могут написать заявление только тогда, когда дело дойдет до побоев, приводящих к инвалидизации или даже к угрозе жизни», — говорит Александра Имашева, руководитель Центра психологической помощи «Свеча».

Распространенная форма экономического насилия, когда сын-пьяница отнимает у родителей пенсию, тоже выходит за рамки законопроекта, поскольку является правонарушением или даже преступлением, говорит Александра Имашева.

Нарушает права: семьи людей с деменцией окажутся в сложной ситуации

«Люди, которые ухаживают за пожилыми людьми с деменцией, могут в какие-то моменты срываться, кричать. Потом они плачут, извиняются, осознают, что делали это под влиянием усталости и эмоций. Да и сами пациенты могут вести себя шумно. У нас есть подопечные, которые почти постоянно кричат, если не принимают специальную поддерживающую терапию.

Конечно, соседи могут неправильно оценить такие крики. Думаю, прежде всего необходимо развивать систему поддержки семей, ухаживающих за пожилыми людьми с деменцией», — считает руководитель патронажной службы «Милосердие» Алена Давыдова.

Даже синяки могут свидетельствовать не о побоях, а о том, что человек упал или у него слабая сосудистая система, отметила она.

Между тем, согласно законопроекту, если соседи, которым надоел шум, донесут о семейно-бытовом насилии в отношении старика с деменцией, полиция должна будет отреагировать «незамедлительно».

«Ложный донос о преступлении наказывается, а в законопроекте о профилактике семейно-бытового насилия никакой ответственности за ложный донос не предусмотрено», — отметил Сергей Пашин.

Разработка закона

В 2016 году в Госдуму внесли законопроект, который разработали правозащитница Алена Попова и адвокат Мари Давтян. Документ не прошел даже первое чтение. Спустя два года к работе подключилась зампредседателя комитета Госдумы по делам семьи, женщин и детей Оксана Пушкина. Летом 2019 года инициативой заинтересовалась спикер Совета Федерации Валентина Матвиенко — она поручила проанализировать законодательство и проконсультироваться с женскими организациями. Итоговый проект закона о домашнем насилии должен быть готов к 1 декабря.

Осенью обсуждение законопроекта усилилось: 16 октября представители Совета Федерации провели конференцию и рассказали, как ведется разработка документа. В Госдуме 21 октября прошли парламентские слушания по предупреждению домашнего насилия. «Заслушанные мнения сторонников и противников закона говорят о том, что мы на верном пути. Работа над проектом закона ведется нижней и верхней палатой совместно с СПЧ. О нюансах закона, терминологии и механизме профилактических действий говорить пока рано, но рабочей группой активно обсуждается возможность введения термина «домашнее насилие» и защитных предписаний», — прокомментировала «Таким делам» Оксана Пушкина.

Правозащитники настаивают на трех важных пунктах в законе: определение домашнего насилия и его видов (сексуальное, физическое, экономическое, психологическое), охранные ордера (предписания, которые запрещают насильнику приближаться к жертве, контактировать с ней и ее близкими, преследовать ее), перевод всех дел о домашнем насилии в категорию частно-публичных и публичных.

«Главная задача законопроекта — предложить меры, направленные на предотвращение новых правонарушений и защиту пострадавших, — говорила Оксана Пушкина. — В качестве таких мер может применяться та же профилактическая беседа, если, к примеру, в пылу ссоры член семьи только угрожает рукоприкладством. Но если тиран перешел от слов к делу, то нашим законопроектом предусмотрены охранные меры для пострадавшей стороны».

Читайте так же:  Домашнее насилие разрешено в россии

Мнение противников законопроекта

У законопроекта о домашнем насилии есть немало противников. Одни считают, что лоббисты закона создают образ семьи как «особо опасного места», в итоге развязывая войну между мужчиной и женщиной и разрушая семью. Другие говорят о воздействии Запада, который пытается навязать России свои ценности и заменить традиционную семью любыми другими формами взаимоотношений с целью депопуляции.

Против законопроекта выступила и РПЦ. По мнению духовенства, законопроект нарушает право на семейную тайну и свободное воспитание детей в соответствии с убеждениями родителей. Кроме того, нормы будут способствовать коррупции. Церковь опасается, что «практически любое нормальное человеческое действие может быть признано семейно-бытовым насилием».

Профессор кафедры социологии семьи и демографии МГУ Александр Синельников считает, что поправки расширят возможности как для защиты жертв, так и для необоснованных обвинений со стороны близких или вовлеченных в ситуацию с домашним насилием.

По мнению Синельникова, в таких случаях любой конфликт между мужем и женой может спровоцировать ситуацию, когда мужчина будет изолирован от всех других родственников и близких. Ведь в рамках закона каждый из вовлеченных сможет подать обращение за защитным предписанием и оградить себя от потенциального агрессора минимум на 50 метров.

По его словам, во многих европейских странах, где уже действуют подобные законы, кризис семьи зашел очень далеко. Если текущий уровень брачности сохранится, то, когда нынешнее поколение достигнет возраста 50 лет, около половины из них ни разу не вступит в законный брак. Большинство будет сожительствовать и рожать детей, которые будут регистрироваться как внебрачные. «Сейчас в Европе таких внебрачных рождений более 40%. В России за последние три года это показатель составляет 21%», – говорит Синельников.

Профессор считает, что введение новых норм усугубит и без того чрезвычайно острую ситуацию. Сегодня в России более половины браков заканчивается разводами, у нас низкая рождаемость и естественная убыль населения.

При этом Александр Синельников предполагает, что в этой огромной массе семей такие кризисные явления не дойдут до прямого применения физического насилия (например, мужем против жены, родителями против детей или наоборот), но они доведут до распада семей и до отказа их создавать.

Наталья Лоскутникова, Дарья Васильцева

Большинство россиян поддерживают закон о борьбе с семейным насилием

70% россиян считают необходимым принятие закона о профилактике домашнего насилия, следует из данных ВЦИОМа, с которыми ознакомились «Ведомости». Не нужен такой закон лишь 7% опрошенных. В недопустимости любого физического насилия в семье уверены 90%, и только 8% полагают, что ударить супруга можно «при определенных обстоятельствах». 40% респондентов знают о случаях побоев в знакомых им семьях, а 50% считают, что прощать даже первый случай семейного насилия нельзя (готовы простить 39%).

При этом ответы мужчин и женщин заметно разнятся. Например, закрыть глаза на первые побои в семье согласны 52% мужчин и только 29% женщин, а не настроены на прощение соответственно 34 и 62%. Женщины гораздо активнее мужчин (80% против 57%) выступают за принятие закона и больше говорят о недопустимости семейного насилия (94% против 85%). Кроме того, женщины чаще мужчин (43% против 37%) признаются, что слышали о случаях насилия в знакомых семьях.

Осведомленность о новом законопроекте и об акциях его сторонников и противников довольно низкая, но это не влияет на то, что большинство россиян выступают за принятие закона, который бы защищал от семейно-бытового насилия, говорит директор по стратегическому развитию ВЦИОМа Степан Львов. Гендерные отличия в ответах предсказуемы, ведь женщины чаще являются жертвами такого насилия, а те, кто с ним не сталкивается, испытывают солидарность с теми, кто насилию подвергался, поясняет социолог: «Ответ на вопрос о случаях насилия в знакомых семьях показывает степень осведомленности людей, а не картину, которая у них может сложиться из СМИ и интернета. Логической связки между этим вопросом и вопросом о допустимости насилия в семье нет: если первый фиксирует конкретные факты, известные респондентам, то второй касается фундаментальных вещей, морали».

В минувшие выходные в Москве и регионах одновременно прошли акции в поддержку принятия закона о профилактике семейно-бытового насилия и пикеты его противников. В конце ноября Совет Федерации выложил для общественного обсуждения соответствующий законопроект, который в том числе предусматривает введение института защитных и судебных предписаний для поддержки жертв домашнего насилия. До 15 декабря рабочая группа Совета Федерации принимает отзывы и замечания к проекту, после чего будет решаться вопрос о внесении его в Госдуму. ТАСС со ссылкой на сенатора Инну Святенко сообщил, что законопроект будет доработан после анализа всех отзывов и предложений.

Опубликованный Совфедом законопроект о домашнем насилии не согласовали с рабочей группой

На сайте Совета Федерации РФ 29 ноября опубликовали финальную версию законопроекта о профилактике семейно-бытового насилия, который разрабатывала группа депутатов Госдумы, сенаторов и представителей экспертного сообщества. Документ еще на стадии формирования вызвал многочисленные споры. Сторонники принятия нового закона ссылаются на ужасающую статистику домашнего насилия в стране. Противники, отстаивающие «традиционные ценности», считают, что закон разрушит институт семьи в России.

Однако еще больше вопросов возникло при изучении итогового варианта законопроекта. По словам соавтора законопроекта адвоката Мари Давтян, опубликованная редакция документа не согласовывалась с членами рабочей группы при Совфеде РФ.

«Это результат заигрываний Совфеда с консервативными группами»

«Это редакция не просто урезанная и сокращенная, она еще и во многом юридически безграмотная. Это результат заигрываний Совфеда с разного рода радикальными консервативными группами. И это плохо! Надо было думать не как уважить людей, которые видят в насилии скрепу, а как защитить тех, чьи жизнь и здоровье в опасности. Мы предлагали нормальный текст, текст, который был бы эффективный. Закон должен быть не просто на бумажке, он должен быть эффективным. То, что предлагает Совфед сейчас, не просто неэффективно, это бесполезно», — написала Давтян на своей странице в Facebook.

Опубликованный законопроект содержит 28 статей, хотя ранее их было на порядок больше. Основные положения документа сейчас выглядят так:

1. Определение семейно-бытового насилия. Этот термин до сих пор не закреплен юридически. В законопроекте говорится, что семейно-бытовое насилие — это умышленное действие или бездействие в отношении близких, которое причиняет или содержит угрозу причинения физического, психического страдания и/или имущественного вреда.

Положения законопроекта распространяются не только на формальных родственников, а на всех проживающих совместно, а также бывших супругов.

2. Профилактика. Принимать участие в профилактике домашнего насилия и оказывать помощь пострадавшим должны общественные, кризисные и медицинские организации, сотрудники полиции и прокуратуры, омбудсмены и органы власти. Меры нужно предпринимать незамедлительно после того, как к ним поступят заявления пострадавшего или узнавших о факте насилия, решения судов или компетентных органов.

Главная цель — предупреждение противоправных действий, устранение причин насилия и защита жертв от домашних тиранов. Общественные организации, социальные службы и органы власти должны содействовать примирению сторон вне зависимости от того, возбуждено уголовное или административное дело. Среди мер профилактики — индивидуальные профилактические беседы и постановка на учет агрессоров. Законопроект также подразумевает принудительные специальные курсы по работе с гневом для реабилитации абьюзеров. Для пострадавших предусмотрены программы психологической поддержки.

Читайте так же:  Жалоба на пристава по взысканию алиментов

3. Защитные и охранные предписания. Это абсолютно новые явления для России. Защитные предписания будут выдавать сотрудники полиции. Они могут быть выписаны только лицам, достигшим 18 лет. «Защитное предписание выносится с согласия лиц, подвергшихся семейно-бытовому насилию, или их законных представителей», — говорится в законопроекте.

Документ запрещает нарушителям вступать в любые контакты с жертвой (в том числе по телефону или через интернет), приближаться к пострадавшему и выяснять его местоположение. В законопроекте прописано, что действовать предписание будет 30 суток, в случае необходимости этот срок может быть продлен до двух месяцев. На время действия защитного предписания нарушитель ставится на профилактический учет органами внутренних дел.

Охранное предписание будет выдаваться в судебном порядке в случае, если защитное предписание не останавливает нарушителя. Оно может продлеваться на срок до года и предполагает более широкие меры воздействия. Обидчику также будет нельзя контактировать с жертвой, помимо этого его могут обязать покинуть совместное жилье (независимо от того, кто является собственником жилого помещения, но при условии наличия у нарушителя возможности проживать в ином жилом помещении, в том числе по договору найма — говорится в документе). Кроме того, агрессора могут заставить передать пострадавшему человеку личные вещи, которыми он располагает, а также пройти специализированную психологическую программу. Какие будут введены наказания за игнорирование предписаний — в законопроекте не прописано.

«Законопроект надо переписывать»

По словам Давтян, определение семейно-бытового насилия в нынешней редакции законопроекта полностью выводит из-под действия закона все виды физического насилия (побои, причинение вреда здоровью и т. п.), так как данные виды насилия всегда содержат в себе признаки административного правонарушения или преступления.

«Закон в такой редакции нельзя применить, если вас бьют. Это просто абсурд. В ситуациях семейно-бытового насилия особенно важна защита пострадавших и оказание им поддержки в период подачи заявлений о правонарушении/преступлении, а также в период проверки указанных заявлений. А исходя из предложенной формулировки, человек лишается возможности воспользоваться мерами предлагаемого проекта закона. В подобной формулировке понятия „семейно-бытовое насилие“ проект закона теряет вообще всякий смысл. Там еще много всего на самом деле, но уже этого достаточно, чтобы сказать, что проект в данной редакции недопустим. Все надо опять переписывать, а время идет», — заявила Давтян.

Влияние ЕСПЧ и декриминализации побоев

Работа над законопроектом о домашнем насилии велась несколько лет и была ускорена после того, как летом 2019 года ЕСПЧ направил правительству РФ вопросы по делам четырех россиянок, которые пожаловались на неспособность властей защитить их от насилия в семье и дискриминации. Эти дела широко освещались в СМИ.

ЕСПЧ, в частности, указал на историю Маргариты Грачевой, которой муж отрубил кисти рук. Во время следствия было установлено, что полиция не реагировала на жалобы женщины о побоях. Ирину Петракову избивал и насиловал муж, причем преследовал ее даже после развода. Елена Гершман пережила серию тяжелых избиений со стороны экс-супруга, но из-за декриминализации домашнего насилия ей отказали в возбуждении уголовного дела. Бывший супруг при этом похитил у нее дочь и вывез в другую страну. Наталью Туникову регулярно избивал гражданский партнер, она ударила его ножом после того, как он попытался сбросить ее из окна. Женщину осудили, но потом амнистировали.

Год спустя: чем обернулась декриминализация домашних побоев

В 2017 году в России приняли закон о декриминализации побоев, который лоббировала сенатор Елена Мизулина. «Семейных» агрессоров теперь за оставленные синяки и ссадины не отправляют в колонии, а штрафуют. Противники изменений предсказывали, что нововведения развяжут руки людям, которые потенциально могут совершить насилие. Пессимистичные прогнозы начали сбываться. Согласно недавнему опросу «Левада-центра», каждый третий житель России (31%) сталкивался с домашним насилием в собственной семье и своем ближайшем окружении. По данным МВД, за девять месяцев 2019 года от домашнего насилия пострадала 15 тыс. 381 женщина. Исследование «Новой газеты» и «Медиазоны» показало, что 79% осужденных женщин становились жертвами насилия со стороны тех, кого потом убили.

Замдиректора национального центра по предотвращению насилия «Анна» Андрей Синельников в разговоре с корреспондентом Znak.com заявил, что после декриминализации побоев существенно выросло число обращений от пострадавших. В 99% случаев помощи ищут жены домашних тиранов. В 2014 году «Анна» приняла 8 тысяч таких звонков, в 2016 году — 20 тысяч, в 2017-м — около 26 тысяч, а в 2018-м — уже 32 тысячи. «Среди тех, кто к нам обращается, 70% — это люди, которые не нашли поддержки в полиции и социальных службах», — отметил он.

Позиция противников законопроекта

За принятие законопроекта выступают правозащитные, благотворительные и феминистские сообщества и кризисные центры. Против закона о домашнем насилии высказываются ультраконсервативные организации вроде «Сорока сороков» и «За права семьи», отстаивающие «традиционные ценности». Они считают, что закон разрушит институт семьи в России, поскольку нарушает пределы вмешательства государства в домашние дела граждан. Консерваторы, в частности, опасаются, что закон позволит изымать детей из семей без решения судов. «Если мы проиграем, то антисемейные либерал-фашисты придут в наши семьи и будут отбирать наших детей для однополых пар, потому что им неоткуда взять детей», — заявлял координатор движения «Сорок сороков» Андрей Кормухин.

РПЦ также выступает против законопроекта. Замглавы синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ Вахтанг Кипшидзе ранее говорил, что предлагаемый документ вызывает сомнения, так как базируется на западном опыте. В РПЦ считают, что действующего законодательства РФ достаточно для борьбы с домашним насилием.

Об этом же говорит пресс-секретарь Виталия Милонова Илья Евстигнеев: «Мы должны сойти с поводка фем-активисток и заняться соблюдением тех законов, которые у нас есть. По большому счету любой виновник домашнего насилия может быть привлечен по уже существующим статьям. Выдумывать паровоз здесь не надо. Домашнее насилие с точки зрения юриспруденции не отличается от насилия между людьми, которые не состоят в браке. Нужно научиться исполнять те законы, которые уже приняты, а не плодить новые».

Правозащитники с такой позицией не согласны: сейчас государство не защищает жертву и не предотвращает домашнее насилие, а только наказывает за уже совершенные преступления. Авторы законопроекта также указывают на то, что никаких новых методов отъема детей в проекте не рассматривают. Спикер Совфеда Валентина Матвиенко ранее отвергла опасения о том, что закон даст возможность для избыточного вмешательства в дела семьи. Юристы добавляют, что подобные законы действуют в странах Западной и Восточной Европы, а также СНГ. По статистике, при их наличии случаи побоев в семье сокращаются в среднем на 30%.

Из-за открытых писем движения «Сорок сороков» и оскорбительных коллажей авторы законопроекта, в числе которых депутат Госдумы Оксана Пушкина, адвокаты Мари Давтян и Алексей Паршин, обратились в полицию. Они заявили, что им поступают угрозы. По мнению Пушкиной, в обращениях движения «Сорок сороков» содержатся высказывания, оправдывающие семейное насилие «под видом „сохранения“ псевдосемейных ценностей», которые могут привести к возбуждению ненависти или вражды. Также в публикациях против принятия документа можно найти противоправные призывы, считает Пушкина.

В то же время звучат мнения, что закон развяжет войну между полами, поскольку многие его положения дают простор для всевозможных перегибов в семейных отношениях. Например, жена, не дождавшись от мужа шубы, сможет его шантажировать защитными предписаниями. Таким же образом могут решаться вопросы, если у супругов возникают разные точки зрения по поводу воспитания ребенка. В результате могут появиться случаи, когда один супруг несправедливо выгоняет второго из дома.

Читайте так же:  Как подать на развод если дети совершеннолетние

«Право на безопасность»

Андрей Синельников считает, что закон о домашнем насилии важен потому, что дает гражданам «право на безопасность». «Охранные ордера будут создавать препятствия для совершения противоправных действий. Без них сейчас домашние тираны чувствуют себя безнаказанными, а это порождает тяжкие преступления. Хочется надеяться, что при обсуждении законопроекта будет прописан также момент, что нельзя будет забрать заявления о насилии. Сейчас вот непонятно, почему забрала жертва свое заявление — по примирению или из-за опасений за собственную жизнь?» — добавил Синельников.

Стоит добавить, что изначально также оговаривалось нововведение, которое предполагает перевод дел о домашнем насилии из частных в категорию частно-публичного обвинения. Это бы сняло с потерпевших непосильную для них обязанность самим собирать доказательства и потом идти с ними в суд. Жертвам насилия нужно было бы только подать заявление в полицию. Заявителями, как предполагалось, могли бы выступить свидетели или иные лица (например родственники пострадавшего). Оговаривалось также, что в любом случае прекратить преследование абьюзера будет невозможно — даже если стороны помирились. Однако в опубликованном законопроекте об этом речи не идет.

Законопроект о семейном насилии: беспомощная защита, нарушители без нарушений

Мы примерили обсуждаемый законопроект «О профилактике семейно-бытового насилия» на ситуацию, когда в семье обижают стариков – а такое встречается. Сможет ли новый закон защитить их?

Фото с сайта diariobasta.com

Психологическая помощь и сохранение семьи

Законопроект о семейно-бытовом насилии должен дать жертвам насилия возможность психологической реабилитации и помочь с социальной адаптацией. Агрессоров при этом будут отправлять на тренинги по работе с гневом. Член Совета при президенте РФ по правам человека Ирина Киркора отмечает, что задача психолога — не убедить жертву или агрессора в чем-то, а помочь в осознании проблемы и принятии решения.

«Если насилие совершилось, то семьи уже нет — это не так, — считает Ирина Киркора. — В большинстве случаев семьи сохраняются даже после того, как один из членов семьи, который был насильником, отбывает наказание».

Концепция закона направлена не на разрушение, а на сохранение семьи, говорит член Ассоциации юристов России Асия Мухамедшина. «Будет вестись работа и с правонарушителем, беседы с психологами. Это обязательство будет возложено [на агрессора] при наложении охранного ордера. В связи с чем идет защита семьи и обеспечение будущего семьи», — считает юрист.

Представитель центра «Защитники детства» Анна Пархоменко не согласна с тем, что психологическая консультация должна быть направлена на сохранение семьи. Она подтверждает свою позицию личным опытом общения с пострадавшими женщинами, которые «ищут любую возможность зацепиться, чтобы не уходить из семьи». Эксперт полагает, что психолог должен помочь распознать, действительно ли в семье происходит психологическое, физическое насилие. «И если оно действительно происходит, то нужно женщину убедить уйти из семьи, пока не произошло какой-то трагедии», — добавляет Пархоменко.

«Аргумент “бьет — значит любит”, который выдвигают противники закона о профилактике семейно-бытового насилия, не работает в нашем мире, в котором уже сейчас отношения между мужчиной и женщиной основываются на других условиях: любви, поддержке», — говорит Киркора.

Лекарство не должно быть вреднее болезни

Фото: Кирилл Каллиников / РИА Новости

Защитным предписанием нарушителю может быть запрещено общаться с пострадавшим, в том числе по телефону, на срок от одного до двух месяцев. Судебное защитное предписание, помимо прочего, может обязать нарушителя покинуть помещение, где он проживает совместно с пострадавшим – «при условии наличия у нарушителя возможности проживать в ином жилом помещении».

«Специализированная психологическая программа» в статье 23 законопроекта раскрывается как психологическое сопровождение нарушителя.

«Но консультирование «работает» только тогда, когда у клиента есть мотивация, — отметила Александра Имашева. — А если нарушитель сопротивляется, считает, что знает ситуацию лучше психолога? Родственники скажут: «Вы даже не представляете, какая это мерзкая старуха», «Вам не понять, какой ужасный характер у папы, он всех довел». Они даже могут этого не говорить, просто думать про себя, и психологическая программа окажется бесполезной. Сложно оказывать психологическую помощь принудительно».

Совершенно непонятно, как будет действовать защитное предписание в случае с пожилыми людьми, продолжила руководитель Центра психологической помощи «Свеча». «Они часто живут вместе с родственниками и ограничены в передвижениях. Каким образом будет действовать запрет на контакт?»

В законопроекте говорится о «срочных социальных услугах» самим жертвам семейно-бытового насилия в «организациях специализированного социального обслуживания». Но не объясняется, о чем конкретно идет речь.

«Скажем, пожилой человек убежал из дома, потому что его там избивали. Куда ему идти? Нигде не прописано. Никаких временных убежищ не предусмотрено», — отметила Александра Имашева.

Единственная эффективная мера защиты — забрать пожилого человека в дом престарелых или ПНИ. Но сами пожилые люди, как правило, боятся этого больше всего, говорит психолог.

Профилактическая беседа – самая безобидная на вид мера. Казалось бы, отлично. Пришел участковый и припугнул зарвавшегося алкоголика, угрожающего выгнать мать из дома.

Однако «содержание, продолжительность, порядок и условия проведения профилактической беседы нигде пока не определены. Скажем, для допросов существуют такие нормы, они содержатся в уголовно-процессуальном кодексе. А здесь – ничего подобного», — отметил Сергей Пашин.

А что означает профилактический учет? «Еще не установлен факт правонарушения, человеку не дали защититься, зато сразу поставили на учет. И вот он уже гражданин третьего сорта, злодей, семейно-бытовой насильник», — говорит эксперт.

Самая серьезная мера воздействия – судебное защитное предписание, с которым человека могут выселить из квартиры на год. Кто будет определять, есть у него возможность жить в другом помещении, или нет? Какие критерии существуют для измерения этой «возможности»? На эти вопросы ответов пока нет. Зато в США нарушители аналогичного закона нередко проживают в котельных, пока не истечет срок, на который им предписали разъехаться с пострадавшим членом семьи, отметил Сергей Пашин.

Видео (кликните для воспроизведения).

«Лекарство не должно быть опаснее болезни», — добавил он.

Проект Федерального закона «О профилактике семейно-бытового насилия» был опубликован на сайте Совета Федерации 29 ноября. Обсуждение продлится до 15 декабря. Для подготовки документа в Совете Федерации была создана специальная рабочая группа. В начале 2017 года Госдума приняла законопроект о внесении изменений в статью 116 Уголовного кодекса, которая называется «Побои». Рукоприкладство в семье стало административным, а не уголовным преступлением. За полгода до этого перестали быть уголовным преступлением и перешли в разряд административных правонарушений побои в отношении посторонних людей, совершенные впервые и без отягчающих обстоятельств. По данным Следственного комитета РФ, случаи домашнего насилия после декриминализации побоев в семье участились.

Источники

Противники закона о домашнем насилии
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here