Проект против насилия в семье

На странице подготовлен материал на тему: "Проект против насилия в семье" с подробным описанием от профессионалов для людей. Если возникнут дополнительные вопросы, обращайтесь к дежурному консультанту.

Родительское собрание «Против насилия над детьми»
презентация к уроку на тему

Насилие в семье не ограничивается

социальными группами или слоями населения.

Оно может присутствовать и в семьях с высоким

уровнем образования и доходов.

Скачать:

Вложение Размер
protiv_nasiliya_nad_detmi.ppt 1.14 МБ

Предварительный просмотр:

По пунктам

Семейно-бытовым насилием в проекте закона названо «умышленное деяние, причиняющее или содержащее угрозу причинения физического и (или) психического страдания и (или) имущественного вреда, не содержащее признаки административного правонарушения или уголовного преступления». Выходит, «семейным насилием» является всё, что не преступление и не нарушение.

«Женщины, которые ожидали, что новый закон будет о том, чтобы мужчина не распускал руки, чтобы закон сильнее наказывал насильника, обманулись. Как мы и предупреждали, рассказы о синяках, увечьях, убийствах жён и отцов – это совсем не та тема, на которую закон написан. А закон о том, чтобы реагировать не на нарушения кодексов, а на страдания и угрозы страданий, – отмечает Александр Коваленин. – Мужчина пришёл с работы и страдает, что в доме нет ужина. Женщина страдает от того, что у неё из-за тирана такого нет новой шляпки. Ребёнок страдает от того, что мама включила свет и сказала: “Вставай, сынок, пора в школу!”. Всё это теперь насилие по определению».

Жертвой, или лицом, подвергшимся семейно-бытовому насилию, закон называет, по сути, всех домашних, кроме сожителей без детей и любовников. Причем жертвами становятся не только те, кому причинены страдания и имущественный вред, но и те, «в отношении которых есть основания полагать, что им могут быть причинены страдания и (или) вред».

Кстати, о факте семейно-бытового насилия или его угрозе в отношении беспомощного или зависимого от других человека (например, ребенка) могут сообщить любые граждане, которым «стало известно о свершившемся факте СБН, а также об угрозах его совершения».

То есть если вы скажете соседке «меня обидели», «у нас конфликт» (у кого их не бывает?), у нее есть основания обращаться за помощью для вас.

Кроме того, заявлять о «насилии» могут и врачи, учителя, чиновники и другие.

Еще один спорный пункт – о нарушителях. Ими согласно закону становятся лица старше 18 лет. Получается, если 16-летний хулиганистый подросток «кошмарит» свою бабушку-опекуншу, то ему все сойдет с рук. Если же эта бабушка в сердцах пригрозит на очередную выходку внука: «Держись у меня», она автоматически станет нарушителем, а внук-хулиган – жертвой СБН. Тут надо еще раз напомнить, что побои не входят в СБН (это уже преступление или нарушение), СБН – это неудовольствие.

Основные меры защиты пострадавших, которые предполагает закон, – это защитное предписание и судебное предписание. В первом случае предписание выносят органы внутренних дел. Фактически, полицейский устанавливает факт насилия, что называется, на глаз, доказательства не нужны, а презумпции невиновности нет.

Сотрудники ОВД могут ограничиться профилактической беседой с нарушителем, но если она не подействует – вынести защитное предписание с согласия пострадавших или их законных представителей. Оно запрещает агрессору совершать насилие в отношении жертвы, контактировать с ней любыми способами – лично, по телефону или через интернет – и устанавливать ее местонахождение. Предписание выносится сроком на 30 суток, в случае необходимости оно может быть продлено до 60 суток.

Судебное защитное предписание предусматривает вышеупомянутые запреты для нарушителя, а также другие, более жесткие профилактические меры. Оно обязывает агрессора пройти специализированную психологическую программу, покинуть место совместного жительства с жертвой на срок действия предписания (правда, только «при условии наличия у нарушителя возможности проживать в ином жилом помещении»). Судебное защитное предписание может быть выдано на срок от 30 суток до одного года.

По сути, нарушителем становится человек, которого без суда и следствия обвинили неизвестно в чем (напомним, преступления и правонарушения к СБН не относятся!).

Завершает закон о профилактике семейно-бытового насилия статья о конфиденциальности: нельзя распространять персональные данные, информацию о физическом и психологическом состоянии жертв и агрессоров. Нельзя публично написать о том, что вы никого не били. Нельзя привлекать общественность и рассказывать о том, что произошло. Никто не должен знать, что вас назвали агрессором (или жертвой), с этим будут разбираться молча.

Экономическая эффективность борьбы с домашним насилием

Все опрошенные эксперты считают, что вмешательство в насилие на ранней стадии экономически эффективнее. Обеспечение защиты и социальной поддержки жертв домашнего насилия стоит больших денег, но разбираться с последствиями насилия еще дороже. Помещение в шелтер и охранный ордер обойдутся дешевле, чем расследование уголовного дела об убийстве, судебное разбирательство, заключение в тюрьму на несколько лет и содержание осиротевших детей.

По оценкам Джеймса Фирона из Стенфордского университета и Анке Хеффлер из Оксфордского университета, ежегодные затраты, связанные с домашним насилием, на международном уровне составляют 4,3 трлн долларов.

Всемирный Банк в своем отчете «Женщины, бизнес и законы» за 2019 год констатирует, что наличие законодательства против домашнего насилия способствует экономическому росту в стране.

«Самое экономически эффективное — это проводить кампании по предотвращению домашнего насилия… Если государство хочет решить проблему домашнего насилия, нужно выделить на это деньги».

Врио иcполнительного директора центра Domestic Violence Victoria Элисон Макдональд, Австралия

Наименее экономически эффективными мерами по борьбе с домашним насилием названы коррекционные программы для агрессоров — они дороги и имеют положительный эффект, только если сам агрессор серьезно настроен на изменения.

Криминализации домашнего насилия

Опрошенные «Правовой инициативой» эксперты считают, что для решения проблемы домашнего насилия необходим комплекс мер, а не отдельный закон. Работать эти меры будут только при наличии политической воли и на первых этапах могут встретить сопротивление — так было в большинстве постсоветских стран. Для этого руководство на всех уровнях — от министров до начальников отделов полиции — должно давать подчиненным понять, что меры против домашнего насилия должны исполняться, а неисполнение грозит негативными последствиями.

Читайте так же:  Развод при наличии новорожденного ребенка

В большинстве исследованных стран криминализация домашнего насилия была связана с теми или иными трудностями. Так, в обществе семейное насилие считают частным делом, а чиновники не всегда понимают необходимость его криминализации.

В Литве в 2013 году внесли поправки об обязательном возбуждении предварительного расследования во всех случаях, когда обнаружены признаки такого насилия, даже если жертва не подавала заявление. До этого дела о домашнем насилии попадали под категорию частно-публичного обвинения . Эксперты считают эффективной мерой борьбы с таким насилием перевод подобных преступлений в категорию именно публичного обвинения, когда доказательства собирает государство.

В Молдове в нынешнем виде статья о домашнем насилии (201.1 УК Республики Молдова) подразумевает и физическое, и психологическое насилие, в том числе изоляцию и унижение, а также лишение средств к существованию. Понятие «члена семьи» расширили: оно включает бывших мужей или жен, сожителей, а также бабушек, дедушек, братьев, сестер и внуков, даже если они не живут вместе с агрессором.

Подписи к слайдам:

Физическое насилие в семье Школьное насилие Основные международные документы и защита детей Ответственность за жестокое обращение с детьми

это вид отношения к ребенку, когда он умышленно ставится в физически и психически уязвимое положение, когда ему умышленно причиняют телесное повреждение или не предотвращают возможности его причинения. Физическое насилие

Родители, допускающие жестокость в отношении своего ребенка, разрушают ожидание любви, доверия и заботы Результат: серьезные нарушения процесса развития

Травмы, причиненные родственниками регистрируются в 2 раза чаще, чем травмы, нанесенные незнакомыми лицами; Факты

Чаще повреждения детям и подросткам наносили отцы; Травмы, причинные матерями отличаются особой жестокостью и тяжестью. Факты

Спасаясь от жестокого обращения, ежегодно кончают жизнь самоубийством примерно 2 тыс. детей и подростков, 50 тыс. уходят из семьи, 6 тыс. — из детских домов и интернатов; Факты

В общей сложности 25—26 тыс. несовершеннолетних ежегодно становятся жертвами преступных посягательств, из них около 2 тыс. погибают, 8-9 тыс. получают телесные повреждения; Факты

В России регистрируется свыше 2,5 тыс. сексуальных преступлений. Факты

Выявлено 428 тыс. детей, против которых совершается насилие; из них 61 тыс. — с ранами, кровоподтеками и ожогами, полученными от лопат, кнутов, кожаных ремней, кипятка; 11 тыс. — изнасилованных детей; 18 тыс. — детей, умерших от жестокого обращения. Факты

Миф 1. Дети чаще подвергаются насилию в социально неблагополучных семьях Беличева С. А. Проблемы выявления и предупреждения семейного насилия //Вестник психо — социальной и коррекционно- реабилитационной работы. — 2006. -№ 2. — С. 60). Факт Насилие в семье не ограничивается определенными социальными группами или слоями населения. Оно может присутствовать и в семьях с высоким уровнем образования и доходов.

Миф 2. Физические наказания могут пойти ребенку на пользу ( Бэрон, Р., Ри­чардсон, Д. Агрессия. — СПб.: Питер, 2000. — С. 103) Факт Физические наказания оставляют в детях чувства страха и унижения и желание отомстить

Миф 3. Дети могут провоцировать взрослых на жестокое обращение Факт Дети, как и другие люди, могут заставлять взрослых испытывать недовольство, раздражение и даже сильный гнев. Но только взрослые ответственны за то, какие способы – они выбирают для выражения своего гнева ( Хьелл, Я., Зиглер, Д. Теории личности. — СПб.: Питер, 2000. — С. 422)

Миф 4. Случаи сексуального насилия в отношении детей– редкость Факт По оценкам Центра социальной и судебной психиатрии им. Сербского, органы внутренних дел России ежегодно регистрируют 7-8 тыс. случаев сексуального насилия над детьми, по которым возбуждаются уголовные дела. ( Малкина-Пых И. Г. Экстре­мальные ситуации. Справочник практического психолога. -М.: Эксмо, 2006. — С. 594)

Кто чаще всего становится жертвой школьного насилия? Жертвой может стать любой ребенок, но обычно для этого выбирают того, кто слабее или как-то отличается от других

Наиболее часто жертвами школьного насилия становятся дети, имеющие : Физические недостатки Особенности поведения Особенности внешности Плохие социальные навыки Страх перед школой Отсутствие опыта жизни в коллективе Болезни Низкий интеллект и трудности в обучении

1871 г. в Нью-Йорке — “Общество предупреждения жестокого обращения с детьми”; в 1898 г. в Германии — “Союз защиты детей от использования и жестокого обращения”; 1899 г. в Британии под патронажем королевы Виктории — “Национальное общество предупреждения жестокого обращения с детьми” Различные союзы и общества

В Барнауле появилась наружная реклама против жестокого обращения с детьми

1. Декларация прав ребенка (1959) 2. Конвенция ООН о правах ребенка (1989) 3. Всемирная декларация об обеспечении выживания, защиты и развития детей (1990) Основные международные документы

АДМИНИСТРАТИВНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ УГОЛОВНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ Ответственность за жестокое обращение с детьми

Проект против домашнего насилия Project 911

Ключевой элемент проекта — интерактивное кино Game116, созданное на основе реальных историй пострадавших. Кроме того, пользователи узнают, как бороться с домашним насилием.

«Миссия — изменить отношение общества к проблеме домашнего насилия в отношении женщин, снижая степень равнодушия к происходящему в России. Задача — показать широкой аудитории масштаб проблемы домашнего насилия и сподвигнуть на реальное действие. Глобальная цель — способствовать принятию закона о профилактике домашнего насилия и совместно с партнерскими организациями создать сеть кризисных центров помощи пострадавшим», — говорится на сайте проекта.

На сайте несколько разделов: интерактивное кино Game116, агрегатор новостей, связанных с домашним насилием, а также тест, который поможет женщинам оценить свои отношения на риск насилия. Здесь же можно найти контакты НКО и кризисных центров.

В создании проекта участвовали Московский кризисный центр для женщин «АННА», Центр по работе с проблемой насилия «Насилию.нет», Проект W, Независимый благотворительный центр помощи пережившим сексуальное насилие «Сестры», антикризисный центр «Китеж».

The Village составлял подробную инструкцию для жертв домашнего насилия.

Академия вашего образования

Дистанционные курсы и переподготовка для гуманитариев. Дипломы гос. образца в реестре РФ

Социальный проект “Вместе против насилия!”

Вместе против насилия!

«…Равнодушно слушая проклятья,
В битве с жизнью гибнущих людей,
Из-за них вы слышите ли, братья,
Тихий плач и жалобы детей?»
Н.А. Некрасов

Читайте так же:  Отказ в лишении родительских прав отца

3. Заключительный этап 26-30 апреля
Цель:
-формирование у участников акции нетерпимого отношения к различным проявлениям жестокого обращения по отношению к детям.
Задачи:- формировать у детей и подростков активную жизненную позицию
– применять полученные в ходе реализации проекта знания, умения и навыки в
дальнейшей жизни
Итоги:
– привлечение внимания общественности к проблеме насилия над детьми в семье;
– развитие активной жизненной позиции у детей и подростков.

План работы по реализации проекта «Защитим детей от насилия»


п/п Наименование мероприятий
Ответственные
1. Анкетирование детей и родителей «Жестокое
обращение в семье. Что мы о нем знаем? » Педагог-психолог
2. Беседа «Синяя лента апреля» Социальный педагог
3. Уличная акция «Защитим детей от насилия» Педагог-психолог Социальный педагог
4 Разработка и распространение памяток, листовок, информационных листов по профилактике жестокого обращения Педагог-психолог Социальный педагог
5 Интегрированное занятие «Рука друга» Педагог-психолог Социальный педагог
6 Интегрированное занятие «Ваш друг – телефон доверия» Педагог-психолог Социальный педагог
7 Социальная акция «Защитим детей от насилия!» Педагог-психолог Социальный педагог Педагог дополнительного образования Музыкальный руководитель
8 Публикация статей в средствах массовой информации, на официальном сайте учреждения Социальный педагог
9 Подведение итогов Педагог-психолог Социальный педагог Педагог дополнительного образования

Опубликован текст законопроекта о профилактике семейно-бытового насилия

Законопроект вводит в правовое поле основные понятия в этой сфере. Прежде всего — само определение «семейно-бытовое насилие». Это «умышленное деяние, причиняющее или содержащее угрозу причинения физического и (или) психического страдания и (или) имущественного вреда, не содержащее признаки административного правонарушения или уголовного преступления».

Профилактика семейно-бытового насилия основывается на принципах поддержки и сохранения семьи, индивидуального подхода к каждому случаю, добровольности получения помощи жертвами, соблюдения прав человека, а также соблюдения конфиденциальности.

В числе основных мер защиты пострадавших указаны защитное предписание и судебное предписание. В первом случае предписание выносят органы внутренних дел. Причем поводом для принятия профилактических мер может послужить не только личное обращение жертвы, но и сообщения о фактах бытового насилия или угрозе его совершения от граждан, организаций соцзащиты и даже медиков.

Сотрудники органов внутренних дел могут ограничиться профилактической беседой с нарушителем, но если она не возымеет действия — вынести защитное предписание с согласия пострадавших или их законных представителей. Оно запрещает агрессору совершать насилие в отношении жертвы, контактировать с ней любыми способами — лично, по телефону или через интернет и устанавливать ее местонахождение. Предписание выносится сроком на 30 суток, в случае необходимости оно может быть продлено до 60 суток.

«В случае если есть основания полагать, что вынесенное защитное предписание не обеспечивает безопасность и защиту лица (лиц), подвергшегося (подвергшихся) семейно-бытовому насилию, должностное лицо органа внутренних дел вправе обратиться в суд за судебным защитным предписанием», — говорится в тексте законопроекта.

Судебное защитное предписание предусматривает вышеупомянутые запреты для нарушителя, а также другие, более жесткие профилактические меры. Оно обязывает агрессора пройти специализированную психологическую программу, покинуть место совместного жительства с жертвой на срок действия предписания, но только «при условии наличия у нарушителя возможности проживать в ином жилом помещении». Судебное защитное предписание может быть выдано на срок от 30 суток до одного года.

На время действия защитного предписания нарушитель ставится на профилактический контроль.

Помимо государственных органов, к профилактике семейно-бытового насилия предполагается привлечь и общественные и некоммерческие организации. Они смогут в том числе «оказывать правовую, социальную, психологическую и иную помощь лицам, подвергшимся семейно-бытовому насилию; содействовать примирению лиц, подвергшихся семейно-бытовому насилию, с нарушителем».

Накануне спикер СФ Валентина Матвиенко анонсировала широкую дискуссию по законопроекту о профилактике семейно-бытового насилия, чтобы он стал «актом консолидации общества, а не причиной раздора». Она подчеркнула, что законопроект ни в коей мере не угрожает семейным ценностям, напротив — их разрушение происходит там, где превалирует бытовое и семейное насилие, где дети растут в недоброжелательной обстановке. По мнению спикера, проявления этого атавизма необходимо не просто пресечь, а изжить, сделать неприемлемым для общественного сознания. «Это только укрепит семью», — заявила она.

Видео (кликните для воспроизведения).

«В обществе идет активная дискуссия по законопроекту о профилактике семейно-бытового насилия. Это свидетельствует о большом внимании граждан к данной теме, которая мало кого оставляет равнодушным. Мы видим, что споры не утихают, целый ряд общественных организаций высказал пожелания ознакомиться с законопроектом», — прокомментировала публикацию текста документа вице-спикер СФ Галина Карелова. По ее словам, решено продлить обсуждение до 15 декабря 2019 года. Ранее планировалось подготовить его к внесению в Госдуму до 1 декабря.

Валентина Матвиенко пригласила к диалогу всех, кто заинтересован в качественной доработке законопроекта. В том числе — представителей Русской православной церкви и других традиционных конфессий. Спикер заверила, что все конструктивные предложения будут учтены.

Фотограф из России запустила леденящий душу проект о домашнем насилии

От домашнего насилия чаще всего страдают самые слабые и незащищенные члены семьи — женщины, дети, инвалиды и пожилые люди. Многих преступлений можно было бы избежать, если бы в России была профилактика домашнего насилия, убеждены активисты, призывающие подписать петицию о законе о домашнем насилии.

Среди них и российский фотограф Кристина Бахтина, которая с помощью нелицеприятных кадров и очень точных подписей к ним всполошила социальные Сети и привлекла внимание общественности к теме домашнего насилия.

На фотографиях она запечатлела избитых женщин, некоторых с детьми, кого-то — в положении, сопроводив эти кадры типичными оправданиями мужчин, поднимающих руку на слабый пол:

«Это все ради нас, неблагодарная», «Вечно ты обижаешься», «Тебя никто не будет любить сильнее, чем я», «Я убью себя, если ты меня бросишь», «Прости, я не хотел» и т. д.

Девушка отметила, что всего лишь поддержала петицию о домашнем насилии и призвала остальных сделать то же самое.

Авторы инициативы отмечают, что в России 40% всех тяжких насильственных преступлений совершается в семье, но до сих пор существует реакция полиции:

«Когда будет труп, приедем и опишем».

Профилактические меры не принимаются. Авторы законопроекта «О профилактике семейно-бытового насилия» почти добились внесения законопроекта на чтения в Государственную думу России.

Читайте так же:  Должен ли ребенок платить алименты

Возможно, этот проект также поспособствует принятию закона.

Проект против насилия в семье

Иллюстрация: Аня Леонова / Медиазона

​В конце ноября Совет Федерации представил на обсуждение законопроект о профилактике семейно-бытового насилия, который встретил резкую критику экспертов. Проект «Правовая инициатива» подготовил доклад о международном опыте борьбы с домашним насилием на законодательном уровне. В нем рассказывается как о мерах, доказавших свою эффективность, так и о неудачах. «Медиазона» приводит ключевые тезисы доклада.

Исследование затрагивает опыт 15 стран — Австралии, Австрии, Албании, Болгарии, Великобритании, Грузии, Кыргызстана, Молдовы, Нидерландов, Португалии, Сальвадора, США, Украины, Франции и Швеции. У каждой из них есть законодательные акты против внутрисемейного насилия. Проинтервьюирован 21 эксперт — практикующие юристы, разработчики законов, лидеры борьбы против домашнего насилия, авторы передовых концепций в этой области и исследователи.

Хотя жертвой домашнего насилия может стать человек любого пола, законодателям стоит учитывать, что оно связано с гендерным неравенством и представляет собой злоупотребление властью. Домашнее насилие происходит во всех социальных группах и может включать в себя физическое, сексуальное, экономические и эмоциональное насилие. Совершать такие преступления могут как действующие, так и бывшие партнеры.

Россия отстает от других развитых государств во всех аспектах борьбы с домашним насилием. В стране даже нет официальной статистики пострадавших от домашнего насилия.

Неэффективные меры

Штрафы — это наказание и для потерпевших, так как они выплачиваются из семейного бюджета.

«Например, соседи вызвали полицию, их привозят и отправляют к дознавателю. Он говорит, надо написать заявление. И агрессору будет большой штраф. Конечно, женщина не станет писать заявление. Это развязывает насильнику руки».

Исполнительный директор Ассоциации кризисных центров Толкун Тюлекова, Кыргызстан

Если ввести высокие штрафы, это приведет к тому, что пострадавшие будут всеми силами скрывать факт насилия.

Коррекционные программы для агрессоров. Эта мера, несмотря на свою высокую стоимость, не имеет выраженного эффекта. По мнению опрошенных экспертов, такие программы могут быть эффективными, только если сам агрессор всерьез готов изменить себя. Кроме того, программы могут научить агрессора, как обойти закон, продолжая насилие. Суды в Шотландии, например, больше не посылают агрессоров на курсы управления гневом, потому что источник домашнего насилия — не гнев, а желание контролировать своих партнеров и близких.

Защитные ордера и профилактические беседы. Что предлагают авторы законопроекта о домашнем насилии

Медиация. Все виды медиации показали низкую эффективность в процессах по семейным делам. Медиация скорее стирает историю, чем решает проблему. Участникам приходится соглашаться, что «все будет хорошо» и сотрудничать ради детей. Но насилие будет продолжаться, пока агрессор не видит для себя никаких последствий. Оно будет нарастать по тяжести, как показала практика исследованных стран.

Различные институты примирения. В Украине все еще применяется старая практика примирения жертвы и преступника. В таких случаях дело закрывается под давлением судьи и прокуроров, которые зачастую стремятся «сохранить семью». 50% дел о домашнем насилии в Украине заканчивается мировым соглашением. Полицейские могут пугать жертву тем, что «у детей будет судимый отец», их матери — рассказывать, что их тоже всегда били, и женщины поддаются уговорам. Насилие по большей части не будет уменьшаться либо будет принимать все более жестокие формы. Положительный пример — США, где примирение в таких делах запрещено.

Эффективные меры по противодействию домашнему насилию

Защитные ордера — это юридический инструмент предотвращения внутрисемейного насилия. Обычно они бывают двух видов: временный чрезвычайный ограничительный ордер и судебный охранный ордер.

По сути оба вида ордеров запрещают агрессору причинять вред пострадавшим и их родственникам, вынуждают его покинуть дом, ограничивают доступ к жертве на работе и в общественных местах, к детям, ограничивают единоличное использование совместного имущества. Выдаются эти ордера по просьбе пострадавшего, родственников или социальных органов. Временный ордер выдает полиция, суд или органы юстиции после акта насилия, его нарушение грозит арестом или уголовным наказанием. Судебный охранный ордер выдает судья, который и определяет срок его действия.

В Швеции в случае необходимости пострадавшим выделяют телохранителей и электронные средства защиты и помогают им получать новые документы, жилье. В Турции выдают электронные браслеты, которые позволяют связаться с центром помощи, и приложение для экстренной связи с полицией. В Нидерландах и Австралии могут запретить агрессору находиться не только в жилище семьи, но и вблизи дома.

Но если наказание за нарушение условий ордера не определено, эта мера становится менее эффективной. Например, в Молдове в 2018 году 60% агрессоров нарушили условия ордеров. Хотя полиция обязана контролировать их и привлекать к уголовной ответственности за нарушение, она реагирует, только если об этом заявит пострадавший.

Шелтеры и бесплатная горячая линия, по мнению экспертов, тоже эффективны. Когда жертве некуда идти, увеличивается риск для жизни и здоровья — как самой пострадавшей, так и ее детей. Убежища должны быть легкодоступны, в них должна предоставляться психологическая и юридическая помощь. Например, государственные шелтеры в Грузии предлагают программы развития знаний и навыков для женщин. Цель этих программ — дать им возможность найти работу и жить самостоятельно после того, как они покинут убежище. Кроме того, важно, что при наличии убежища пострадавшие не остаются в безвыходном положении, когда они, пытаясь прервать насилие, в итоге могут убить агрессора.

Координация. Необходимы законы или практики, которые позволяют наладить сотрудничество между разными учреждениями. Но даже в тех юрисдикциях, где подобные практики были успешны, не обошлось без проблем. Например, в Кыргызстане, где суды, прокуратура, полиция, НКО и работники образования скоординированы, их усилия эффективны только в крупных городах. Проблемы с координацией были отмечены почти во всех исследованных странах. Необходим единый координирующий госорган, делают вывод в «Правовой инициативе».

В Молдове в 2015 году НКО «Женский правовой центр» вместе с МВД разработала «Руководство по эффективным мерам вмешательства полицейских по делам о домашнем насилии», которое широко распространили среди полицейских. Помимо этого, Генпрокуратура составила инструкции, чтобы помочь прокурорам и следователям в квалификации актов домашнего насилия и их расследовании.

Читайте так же:  Приказ в связи со сменой фамилии

Жить по западным методичкам

Помимо государственных органов, к профилактике семейно-бытового насилия предполагается привлечь и общественные и некоммерческие организации (НКО). Они смогут «оказывать правовую, социальную, психологическую и иную помощь лицам, подвергшимся семейно-бытовому насилию; содействовать примирению лиц, подвергшихся семейно-бытовому насилию, с нарушителем».

Авторы и лоббисты законопроекта ведут агрессивную пиар-кампанию, используя нарисованные синяки

Из текста закона видно, что нарушитель не может общаться с жертвой в силу защитного предписания. Примирением сторон могут заниматься только НКО – примирение в законопроекте нигде не упомянуто, кроме этого пункта.

«Авторы закона даже не стали перечислять виды насилия, играя на том, что их суть якобы специалистам известна. Решающее значение при таком определении играет уже оценка “обиженного”, а также специалистов. Здесь снова звучит тема НКО – это третье, что для них принципиально важно, хотя вслух они эту важность не озвучивают также громко как первые две (первое – введение понятия “домашнее насилие”, второе – защитные предписания). НКО должны стать частью “системы профилактики”, играть юридически значимую роль в различении (по собственным критериям, уже прописанным за рубежом) насилия от ненасилия, – говорит Александр Коваленин. – Статус НКО – это не знак доверия общества. Свое НКО могут организовать любые три человека, с любым очень экзотическим мировоззрением. Значит, к вам в семью определять, что такое насилие, будут иметь право приходить “дружины нравов” с повязками разных организаций противоположных убеждений».

Надо отметить, что главными лоббистами закона о профилактике СБН являются феминистки, а следовательно НКО будут заниматься пропагандой, в первую очередь, феминизма. Кстати, НКО получают поддержку государства в виде грантов на свою деятельность.

Александр уточняет, что, по словам одной из авторов законопроекта Оксаны Пушкиной, закон направлен на исправление нашей ментальности. «Они с удовольствием подчеркивают, что у нас женщины часто не хотят в случае семейных проблем преследовать мужа через полицию, понимая, что семью потом не склеишь, а муж завтра проспится и будет золотой. Феминистки хотят это исправить: надо сразу смотреть на себя и мужа уже не как на родных людей, а только как на жертву и насильника…», — комментирует эксперт.

Проблемы преследования семейных агрессоров

Поведение судей, прокуроров и полиции часто дискриминационное. Эксперт из Швеции называет самой большой проблемой их стереотипы и убеждения. Например, при рассмотрении дел об изнасиловании судьи спрашивают, во что была одета потерпевшая. Сама система уголовного преследования и так способствует вторичной травматизации женщин интенсивными допросами.

«Вы можете иметь прекрасные законы, но если уголовное правосудие осуществляется человеком, который говорит, что домашнее насилие — это частное дело и государство не должно вмешиваться в это, закон не будет работать».

Профессор криминологии Николь Уэстмарланд, Великобритания

Хороший пример практики, позволяющей избежать вторичной травматизации пострадавших, дает Грузия: если поступил звонок о домашнем насилии, среди полицейских, выезжающих на вызов, обязательно должна быть женщина. Полиция, прокуроры и судьи проводят обширные тренинги по предотвращению вторичной травматизации и распространению гендерной чувствительности.

При рассмотрении дел о домашнем насилии судьи часто обвиняют пострадавших. По словам эксперта из Франции Изабель Тьелью, из-за предубеждений судьи освобождают от ответственности состоятельных и образованных агрессоров, так как идентифицируют себя с ними и обычно не верят, что те могли совершить насилие. Судьи редко готовы учиться, а в некоторых юрисдикциях, например, в Австрии требовать от них обязательного прохождения обучения невозможно — это будет расценено как посягательство на независимость суда.

Серьезная проблема и источник фрустрации для сотрудников правоохранительной системы — отказ самих пострадавших сотрудничать со следствием. Часто женщины не хотят, чтобы их партнеров посадили в тюрьму. Система должна быть подготовлена к этому — необходимы тренинги, протоколы работы с пострадавшими, основанные на терпении и отсутствии осуждения.

Меры по борьбе с домашним насилием, которые встретили сопротивление

Самый сильный фактор, осложняющий борьбу с домашним насилием — культурные нормы, которые могут перевешивать в сознании общества нормы права.

«Насилие против женщин — это ментальность. Изменить ментальность может оказаться сложнее, чем найти деньги на дорогостоящие услуги. Никакие законы тут не помогут. Нужно время на обучение».

Адвокат Тамар Деканосидзе, Грузия

Практика исследованных стран показала, что наличие решительной политической воли помогает справиться с тем, что культурные нормы и стереотипы способствуют несерьезному отношению к домашнему насилию, в том числе со стороны полиции, следователей, прокуроров и судей.

Охранные ордера и требование к агрессору покинуть жилище встретило яростное непонимание и неприятие у украинских законодателей. Они воспринимали эту меру как посягательство на собственность. Однако разъяснительная работа в конце концов дала результат.

Во Франции судьи сопротивляются попыткам ограничить права агрессоров на встречи со своими детьми. Их гендерные стереотипы и практика, в которой они видели много малолетних правонарушителей, выросших без отцов, способствуют тому, что судьи часто отказываются ограничить подобные контакты, даже когда это опасно для самих детей и их матерей.

Выводы

Решение задач по борьбе с домашним насилием зависит только от политической воли, без которой невозможно справиться с культурными стереотипами и контекстом. Если учесть опыт и уроки других стран, Россия окажется в выгодном положении — ей не придется самой прокладывать эту дорогу.

Предотвращение домашнего насилия невозможно без масштабной реформы образования, повышения осведомленности общества о гендерном насилии и кампаний, направленных на изменение норм поведения.

По мнению опрошенных экспертов, для эффективного реформирования необходимо искать союзников на руководящих должностях в профильных органах власти, которые понимают проблему и ясно дадут понять своим подчиненным, что домашнее насилие — это сфера ответственности государства.

Полный текст доклада «Самое опасное место: обзор мер по противодействию домашнему насилию. Международный опыт» можно прочитать на сайте проекта «Правовая инициатива»

Раз в неделю наши авторы делятся своими впечатлениями от главных событий и текстов

Семья или «агрессор и жертва»? Разбираем проект закона о домашнем насилии

На прошлой неделе Совет Федерации опубликовал проект Закона о профилактике бытового насилия. Похоже, после обнародования законопроекта общество ещё сильнее разделилось на тех, кто поддерживает его и кто критикует. ЧС-ИНФО попробовал разобраться, что не так с этим документом.

Читайте так же:  Первый суд по разводу

Одним из последних проект закона о профилактике семейно-бытового насилия (СБН) прокомментировал патриарх Кирилл: Церковь против вторжения в семью извне.

«Конечно, нельзя допускать никакого насилия в семье. Но есть нечто опасное в тех тенденциях, которые сегодня формируются, в том числе и в законодательной сфере, когда некоторые пытаются под видом борьбы с семейным неблагополучием узаконить вторжение в семейную жизнь сторонних сил, общественных или государственных организаций, или каких-либо добровольцев, которые якобы призваны помочь урегулировать положение в семье, – заявил Предстоятель РПЦ.– Поэтому, категорически выступая против всякого насилия в семье, считая это великим грехом, а также и преступлением, мы вынуждены возвысить наш голос в защиту семейного пространства от всякого вторжения извне, под любыми предлогами».

Сходится во мнении с патриархом Кириллом и новосибирец, специалист по семейному праву и эксперт Родительского всероссийского сопротивления Александр Коваленин.

Авторки не довольны

«Мы с соавторами ознакомились с предложенной редакцией Совета Федерации. Я, например, в тотальном ужасе. Начиная от цели закона: “сохранять семью”, а не защищать жертву, заканчивая “Содействовать примирению сторон”?! Мы постоянно рассказываем реальные истории жертв, когда после именно примирения насильник жертву убивал! А сам факт “содействовать примирению” – это опять сказать жертве: “Дура, сама виновата, ты чего это не хочешь мириться что ли? А дети? А закон”? Господи, ну сколько можно-то?Сколько ещё надо смертей, чтобы законодатели поняли, что закон должен быть не формальностью, причём бессмысленной, а идеальным и работающим в сторону ЗАЩИТЫ ЖЕРТВ», – написала одна из соавторов закона, кандидат от Новосибирска на парламентских выборах в 2011 году Алена Попова (ранее работавшая вместе со скандально известным бывшим депутатом Госдумы Ильей Пономаревым, ныне проживающем в эмиграции).

По ее словам, Совфед «сделал реверанс в сторону фундаменталистов». «Но сколько можно?! Как это так? Есть Конституция. И надо просто соблюдать базовое право на защиту жизни и ненасилие!», – восклицает Попова.

Она отмечает, что с понятием «семейно-бытовое насилие» в представленной формулировке «проект закона теряет вообще всякий смысл».

Что касается жертв СБН, то, опять же по словам Алены Поповой, в указанной формулировке отсутствуют лица, которые совместно проживают и ведут совместное хозяйство, но при этом не связаны свойством (речь как раз о сожителях без детей, — Прим.ред.).

«Жертва может не находиться, например, в зависимом состоянии, а угрозы могут быть высказаны, например, в лифте при наличии свидетелей, или громко высказаны так, что соседи услышат эти угрозы. По тексту закона, если граждане сообщат до “свершившегося насилия”, а угрозы высказаны жертве, которая не находится в беспомощном или зависимом состоянии, то это не будет основанием для мер профилактики», – отмечает она.

«Законопроект стал короче, по сравнению с предыдущими известными черновиками, в нём из 47 статей осталось 28, включая 10 пустых по смыслу статей о том, что имярек должен заниматься делами имярека. Убрали перечисления видов насилия, вынесение предписания шестнадцатилетним. Убрали радостно объявленное Пушкиной определение преследования, как и само это слово, то есть победила не пушкинская команда. Хотя смысл – не выяснять место жительства – оставили. Убрали сожителей (кроме имеющих общих детей), так что осталось непонятным, зачем остался термин “семейно-бытовое”, а не “семейное”, – отмечает Александр Коваленин. – Но то, что получается, всё равно трудно назвать законом. Трудно считать разумным довод: “Законы у нас в стране не работают, поэтому давайте примем ещё один закон”. А он у сторонников основной».

Кстати, об «авторках». Некоторые лоббисты закона (феминистки, конечно), называют себя «авторками» (и «блогерками»).

«Феминитивы — это отвратительно. Нет слова “авторка” в русском языке и, надеюсь, не будет. Противоестественно. Оно звучит как слово из какого-то другого параллельно славянского языка»

Принятие нового закона, совершенно очевидно, откроет новые возможности и для отобрания детей. Соглашается с этим и Александр Коваленин. «Воспитание включает в себя и “контролирующее поведение”, а это объявляется насилием. Хотя сами феминистки об этом могут и не думать – как мне показалось, для них родительские протесты 2016-го были неожиданностью. Они не понимали, при чем тут дети – феминистки детей вообще в виду не имеют. В том-то и дело, что они не задумываются о том, как закон может быть использован не в русле их фантазий. Это их сильно отвлекло бы от работы по продвижению программы».

И хотя спикер Совфеда Валентина Матвиенко сказала, что никакого вмешательства в семью в законе не предвидится, в это сегодня верится слабо.

Кстати, Уполномоченный по правам ребенка при президенте РФ Анна Кузнецова с законопроектом не согласна. Она считает, что предложенные авторами меры похожи на силовые методы воздействия на семью. «Мы неоднократно давали отрицательное заключение на этот документ, потому что его нормы не соответствуют Конституции Российской Федерации. Они содержат в себе противоречие с действующим законодательством, а также дублирующие нормы различных документов Российской Федерации, поэтому если в документе содержится такое количество отсылочных норм, то есть ссылки на действующие документы, то надо посмотреть целесообразность принятия нового документа», – сказала Кузнецова журналистам.

Можно представить, каким ситуациям даст «зеленый свет» принятие такого закона. Например, захотел отец после развода забрать сына к себе, заявил в полицию о страданиях сына (а вдруг мама ему в наказание что-то не купила или прикрикнула на улице?) и все: сын – жертва, мама – агрессор, ей нельзя приближаться к ребенку и искать его тоже нельзя.

Или соседям не угодишь (и такое часто бывает в нашей жизни), помешаешь ремонтом, назло заявят о насилии в доме. НКО посчитают, что примирение невозможно, и семьи уже нет.

Видео (кликните для воспроизведения).

Казалось, что подобное возможно только в мыльных операх или постановочных ТВ-шоу. Но если закон примут, это может стать частью нашей жизни…

Источники

Проект против насилия в семье
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here