Центр помощи женщинам от домашнего насилия

На странице подготовлен материал на тему: "Центр помощи женщинам от домашнего насилия" с подробным описанием от профессионалов для людей. Если возникнут дополнительные вопросы, обращайтесь к дежурному консультанту.

Центр защиты пострадавших от домашнего насилия

«Центр защиты пострадавших от домашнего насилия» создан для оказания юридической помощи населению на всей территории России.

Предыстория

В 2010 году «Консорциум женских НКО» проводил тренинги для полицейских. Представителей правоохранительных органов знакомили с международным опытом решения проблемы насилия над женщинами, рассказывали об особенностях данного вида преступлений, анализировали реальные дела. В 2012 году при «Консорциуме» была создана юридическая служба, где пострадавших женщин консультировали по телефону и по электронной почте. Тогда же стали брать первые дела с сопровождением потерпевших в судах. Помощь оказывали бесплатно благодаря небольшим грантам. Территориально проект охватывал Центр и Северо-Запад России.

В 2018 году проект расширился, получил название «Центр помощи пострадавшим от домашнего насилия» (далее по тексту — «Центр»), работает на всей территории страны и имеет четыре филиала. Проект реализуется с использованием гранта Президента Российской Федерации на развитие гражданского общества, предоставленного Фондом президентских грантов (президентскиегранты.рф).

Филиалы «Центра»

Московский офис обслуживает Центральный Федеральный округ и осуществляет общую координацию деятельности. В Санкт-Петербурге работают с заявителями из Северо-Западного Федерального округа, деятельность осуществляется на базе РОО «ИНГО. Кризисный центр для женщин». В Екатеринбурге филиал «Центра» работает с заявителями из Уральского, Сибирского и Дальневосточного Федеральных округов на базе РОО «Кризисный центр «Екатерина», Коалиции кризисных центров Урала и Западной Сибири и СРОО «Женский юрист». В Ростове-на-Дону филиал работает с заявителями из Южного, Северо-Кавказского и Приволжского Федеральных округов на базе АНО «Региональный ресурсный центр по профилактике насилия». Юристы, занятые в проекте, имеют опыт сотрудничества с женскими кризисными центрами и ведения дел, связанных с разными формами насилия над женщинами.

Виды оказываемой юридической помощи:

  • консультирование адвокатом
  • представление пострадавших в органах полиции
  • возбуждение уголовного дела
  • возбуждение административного дела
  • представление интересов пострадавших в суде по делам частного обвинения
  • взыскание в пользу пострадавшего компенсации материального и морального вреда
  • взыскание алиментов с агрессора на содержание совместных детей в пользу жертвы домашнего насилия
  • (экономическое насилие) расторжение брака, раздел имущества в ситуации, когда проживание с агрессором одной семьей далее невозможно
  • иное, необходимое для разрешения ситуации

Обратиться за помощью

Кратко опишите причину обращения, указав:

  • регион и населенный пункт фактического проживания;
  • дату, кем совершено деяние, какие действия были им совершены, имеются ли телесные повреждения (если да, то какие), если насилие повторяется регулярно на протяжении определенного времени, укажите, когда оно началось;
  • наличие несовершеннолетних детей, а также других иждивенцев, их возраст;
  • обращались ли вы ранее за медицинской помощью в связи с указанными событиями;
  • обращались ли ранее в полицию или другие правоохранительные органы, суды (приложите ответы, если есть);
  • находитесь ли вы в данный момент в опасности,а также любую иную информацию, которую вы считаете важной.

http://wcons.net/uridicheskaya-pomochs/

Городской типаж: сотрудница кризисного центра

Психолог-консультант кризисного центра для женщин Елена Болюбах каждый день отвечает на вопросы: «Что делать, если он меня бьет?», мужественно ходит с пострадавшими в суд и спасает клиенток от того, чего для государства не существует — домашнего насилия. Елена рассказала нам о том, как спасти отношения и свою жизнь.

Социальная реклама, появившаяся в ответ на интернет-мем о цвете платья. Надпись на снимке: «Почему так сложно увидеть, что она в синяках? (англ. «black and blue» — «синий с черным» — означает еще и «синяки» — Прим. ред.) Единственная иллюзия здесь — думать, что это был ее собственный выбор».

Как устроен кризисный центр?

Наша организация «ИНГО. Кризисный центр для женщин» существует в городе уже 23 года. Все это время мы помогаем тем, кто столкнулся с насилием: сексуальным или семейным. Сначала это была телефонная «горячая линия» на базе Санкт-Петербургского Центра гендерных проблем. Затем мы отделились в отдельную общественную организацию, которая оказывает комплексные услуги: от психологических консультаций до сопровождения пострадавших в суде.

Если бы мы стали госучреждением, нам пришлось бы оказывать услуги в установленных рамках для бюджета. Что это значит? Например, на одну женщину положено было бы ограниченное количество психологических или юридических консультаций вне зависимости от ситуации, исключался бы индивидуальный подход к проблеме. Мы бы не смогли адекватно реагировать на острые случаи насилия в отношении клиенток. То есть оказывать психологическую помощь, в том числе экстренную, предоставлять социальное сопровождение — в отделения полиции, травму, судмедэкспертизу и так далее; оказывать социальную помощь. Ситуация усугубляется тем, что в законах Российской Федерации попросту нет понятия «домашнее насилие».

Кто обращается?

Клиентки сами обращаются в Кризисный центр через «горячую линию» и онлайн-сервисы. Только в прошлом году к нам на телефон позвонило более трех тысяч женщин и еще порядка двух тысяч связались с нами с помощью онлайн-сервисов. Больше всего поступает сообщений по теме насилия в близких отношениях. Типичный запрос: «Что сделать, чтобы он перестал меня бить?». И мы понимаем, что женщина к этому моменту уже испробовала все возможные методы: и рассказывала близким, и обращалась в полицию, и возможно даже записывалась на курсы «обретения женственности» с борщами и наглаженными простынями, но не смогла изменить ситуацию.

Есть положительные изменения. В последнее время, женщины все чаще обращаются после первых случаев насилия в отношениях. Они спрашивают: «Он меня ограничивает в общении» или, скажем, «не дает выходить на работу», «контролирует внешний вид», «называет мой круг общения «недостойным» и «мусором», «могу ли я считать это насилием в свой адрес?». Иногда звонят подруги таких женщин. Это хороший знак. Значит люди стали более чувствительными к насилию, потому что раньше к нам обращались женщины уже в ситуации систематического домашнего насилия. Они были более уязвимы: у них не было без работы, зато были дети и проблемы со здоровьем, вызванные истязаниями.

Как распознать насилие?

Нужно понимать, что насилие — это не только физическое действие в отношении пострадавших. Это та ситуация, в которой женщина чувствует страх: когда партнер ее унижает, оскорбляет, закрывает ее дома, игнорирует попытки разобраться в ситуации, ломает в ее присутствии мебель, бьет посуду, угрожает расправой над домашним животным, ребенком или родителями. Также насилие — это когда мужчины не спрашивают у своих жен и подруг разрешения на секс: однажды, на выставке социальных проектов, к нам подошла шестидесятилетняя женщина и сказала: «Кажется, мне к вам». Оказалось, что ее сорок лет насиловал муж. Не бил, но считал нормальным заниматься с ней сексом по несколько раз в день, в маленькой комнатушке, где они жили с тремя детьми. Подруги, кстати, уверяли, что такому раскладу надо бы радоваться. Мы рады, что информирование о насилии все-таки помогло этой женщине осознать реальность, мы смогли ей помочь справится с психологической травмой.

«Муж сорок лет не бил, а просто насиловал жену. Подруги уверяли ее, что такому раскладу надо бы радоваться»

Даже если мужчина ударил женщину впервые — это уже крайне нездоровая ситуация. Наша задача — информировать о формах, способах и циклах насилия, а затем попробовать максимально разобраться с конкретной проблемой. Обращения на телефон доверия никогда не начинаются со «Здравствуйте, меня бьет муж». Звонят с фабулой, рассказывают историю и, таким образом, мы понимаем с чем сначала будем работать. Во время первого разговора психолог-консультант уточняет, идет ли речь о физическом насилии, есть ли непосредственная угроза жизни в момент обращения, и только разобравшись с ее состоянием решаем, что делать. Иногда выясняется, что женщине в первую очередь требуется наряд полиции и «скорая помощь», а не психологическое консультирование. Если угрозы здоровью и жизни нет, мы разбираемся, чего хочет клиентка: получить информирование о проблеме или выговориться и услышать подтверждение того, что то, что с ней происходит, действительно является насилием.

Читайте так же:  Подала заявление на развод и передумала

После того, как психолог выслушала проблему, она узнает, есть ли у женщины ресурсы, чтобы выйти из насильственных отношений. Мы никогда не подводим клиентку к решению: возможно, что она хочет продолжать отношения, но она все равно имеет право получить информацию и знать, что это и дальше будет происходить. Если партнер ударил ее впервые, и после этого не было серьезного вмешательства, вроде его обращения в организацию «Мужчины XXI века», которая работает с насильственными мужчинами, то такая ситуация будет продолжаться не раз. Но мы не даем советы, а позволяем женщине самой делать выбор. И она может обратиться к нам повторно, это очень важно.

Существует стереотип, что насилие происходит только в неблагополучных семьях, но это не так. Моя последняя консультация как раз была с женщиной, у которой муж работает в театре, очень положительный, но он страшно ее избивал, довел до панических атак. Или вегетарианец, врач и крайне положительный персонаж, который после того, как жена от него ушла, устав от избиений, зачем-то купил ружье.

Почему мужчины избивают жен?

Нет конкретного ответа на этот вопрос, но есть системное явление — мужчины применяют насилие в близких отношениях тогда, когда женщины отказываются выполнять свою «традиционную», связанную со стереотипами гендерную роль. В такой момент может начаться насильственная реакция. У каждого мужчины есть собственные представления о «правильной» жене.

Когда публично озвучивается мнение о том, что у российских женщин есть какая-то особая ментальность, жертвенность и представления, смещается акцент с причины насилия. Женщины хотят иметь близкие отношения, тем более что это преподносится как главная ценность, однако насилие не нравится никому. Основное, что потворствует насилию, — отсутствие в России закона, который помог бы работать с ситуацией. Пока нет специального документа, мы не можем привлечь агрессора ни к какой ответственности за насилие или защитить людей, которые от него зависят в том числе морально и/или экономически.

Помогает ли полиция?

Сейчас, обращаясь за помощью в полицию, потерпевшая получает в лучшем случае равнодушие, в худшем — обвинения. Задача правоохранителей — защищать тех, кто подвергается насилию, идентифицировать проблему, а не искать причины в биографии или поведении женщины. Нередки случаи, когда насильственный муж убивает не только женщину, но и всю семью. Печально читать такие новости и понимать, что трагедию можно было бы предотвратить, если бы службы не игнорировали обращения от женщин.

Кроме отсутствия закона, есть проблема в общественном и профессиональном восприятии. Домашнее насилие — это не конфликт, так как изначально нет равных сторон. И если мужчины не начнут делать свой вклад в работу по преодолению насилия, не начнут прорабатывать свой опыт, не начнут развивать чувствительность к проблеме насилия, мы можем сколько угодно биться, но эффект будет паллиативным: то есть не решающим всю проблему целиком, неизбежно частичным.

http://www.sobaka.ru/city/city/35300

Электронный журнал о благотворительности

Филантроп

«Никто не в праве контролировать жизнь другого человека»: адвокат о помощи жертвам насилия

Елена Соловьева, адвокат, работает по теме домашнего насилия, сотрудничает с общественными организациями и кризисными центрами, в том числе с Дальневосточным центром развития гражданских инициатив и социального партнерства, в спецпроекте «Кто и как в России помогает женщинам» рассказала «Филантропу» о главных стереотипах, резонансных делах и эффективной помощи.

Елена Соловьева, фото с сайта http://fe-centre.org

— Когда и за какой помощью к вам обращаются женщины?

Чаще всего — когда идти некуда, когда прямо сейчас существует прямая угроза, экстренная ситуация. Обращаются, когда нет никакого убежища, когда надо срочно что-то предпринимать, когда на руках маленькие дети и нет других родственников и друзей. Это самые распространенные случаи, когда звонят и просят о помощи. В таких случаях приходится консультировать, как пойти в полицию, как составить заявление, куда можно обратиться, чтобы получить временное убежище, на что имеются права. Бывает, что у женщины есть все права на жилое помещение, но на то, чтобы выставить оттуда агрессора, у нее нет моральных сил. Тогда я объясняю, что она имеет полное право сменить замки и находиться в своем помещении.

— Часто ли доходит до возбуждения уголовных дел? Какое наказание может ждать агрессора?

— Уголовные дела возбуждаются не так часто, у нас ведь прошла декриминализация побоев. Но даже когда соответствующая статья была в уголовном кодексе, очень многие дела просто не доходили до приговора, потому что их рассматривали мировые суды, которые содействовали примирению сторон. Такие заявления принимали, но уголовные дела прекращали.

Телесные повреждения еще остались в составе уголовного кодекса, а побои считаются физической болью, не влекущей вреда здоровью, и находятся в юрисдикции административного кодекса. В случае побоев наказания в виде ограничения или лишения свободы для агрессора нет. Может быть только административный арест, штраф.

Буквально позавчера у меня был случай: бывший супруг избил женщину, повредил имущество. Она пошла в полицию писать заявление, с горем пополам его подала, его зарегистрировали, но потом пригласили ее и уговаривали всем отделом, чтобы она это заявление забрала. Убеждали, говорили: «Мужу все равно ничего не будет!». Теперь мы готовим жалобу в прокуратуру на бездействие сотрудников полиции.

Читайте так же:  Как получить субсидию матери одиночке

— А если речь идет о телесных повреждениях?

— Телесные повреждения разделяются на легкой, средней степени тяжести и тяжкие — это разные статьи и разные санкции. К сожалению, в моей практике было возбуждено только одно уголовное дело по телесным повреждениям средней степени тяжести. У девушки была сломана челюсть, сломан нос, множественные гематомы. Агрессору-обвиняемому дали один год ограничения свободы — не лишения, а ограничения. Это значит, что всего лишь-навсего ограничивается его пребывание в общественных местах, запрещено посещать какие-то увеселительные мероприятия. И это было единственное наказание.

Когда надо восстанавливать здоровье потерпевшей, возникает также имущественная ответственность. В таких случаях обвиняемые должны оплачивать расходы на восстановление здоровья и возмещать моральный ущерб.

Семинар Елены Соловьевой

— Происходит ли хоть какой-то прогресс в общественной реакции и в реакции правоохранительных органов на домашнее насилие?

— Иногда в информационное поле выходят громкие дела, например, дело Маргариты Грачевой, которую муж отвез в лес и отрубил ей руки. Тогда начинается очередная волна общественного резонанса. Появляются инициативные группы, на обсуждение ставится законопроект о домашнем насилии, который не принимают уже более десяти лет.

Я веду дело Галины Каторовой, которое тоже вышло в информационное поле. Женщина семь лет состояла в отношениях, были побои с эскалацией насилия. И вот когда уже муж не просто дал ей пару пощечин и толкнул, а наносил удары ногами по телу, бил в живот, бил кулаками по голове и душил, что подтверждается экспертизами, она нанесла ему ножевые удары, в результате которых он скончался.

Несмотря на то, что установили противоправное поведение со стороны потерпевшего (и с этим согласился прокурор), несмотря на хорошие характеристики Галины, наличие у нее трехлетнего ребенка, несмотря на явку с повинной, прокурор запросил для нее семь лет лишения свободы. Пошла волна возмущения, петиция в защиту Галины собрала более 50 тысяч подписей ( сегодня — уже больше 120 тысяч, — прим. ред.

). И тогда снова стали поднимать эту тему, говорить, что нужен закон, что женщины не получают защиты в правоохранительных органах и вынуждены прибегать к самозащите.

— Галина тоже обращалась в полицию?

— Да, но в дежурной части заявление не регистрировали, направляли к участковому. Там заявление лежит без регистрации сообщения о преступлении, а участковый выжидает, когда супруги помирятся, уговаривает их. Обстановка в семье меняется, и муж с женой заявление вместе забирают. Официально заявление Галины не проходило книгу учета, и доказать, что она обращалась, теперь нереально. И побои она ходила снимать, но то же самое — никакого движения заявлениям никто не дал. После того, как она прибегла к самозащите, ситуация длящегося домашнего насилия не учитывается. Галина не получает никакого снисхождения со стороны обвинения – обвинитель запросил у суда 7 лет лишения свободы , как для обычной преступницы, которая совершила умышленное убийство. Галину приговорили к трем годам лишения свободы, ее доводы о вынужденной необходимости защищать свою жизнь суд не учел. Это совершенно несправедливо, и это последствия той самой тяжелой ситуации, которая у нас сложилась по вопросу бытового насилия.

— Откуда такое равнодушие к насилию и такая жестокость к женщинам, которые его пережили?

— Существуют общественные стереотипы: раз женщины выбрали себе таких партнеров, то это полностью их ответственность.

Правоохранительные органы тоже этой точки зрения придерживаются, начинают воспитательные беседы вести, говорить: «А зачем замуж выходили? А зачем детей рожали?» Женщина приходит получить помощь, а получает проповедь, отповедь. У нее и так подавленное состояние, и оно становится еще хуже. Есть и гендерные стереотипы: «Все в семье идет от женщины, нет дыма без огня». Это отбивает у женщин все желание бороться. Они не видят поддержки абсолютно нигде — ни со стороны общества, ни со стороны соседей, ни со стороны правоохранительных органов, которые должны защищать их интересы. Плюс давайте не будем забывать, что есть еще психологический фактор: личность агрессора жертве представляется всемогущей, а собственное положение — безнадежным.

Стереотипы, равнодушие правоохранителей, тот факт, что с жертвами никто не работает в психологическом поле — все это ведет к тому, что подобные дела не выплывают в существенную статистику, которую государство использовало бы для борьбы с этим явлением, для профилактики бытового насилия.

— Как часто к вам обращаются?

— Количество обращений ко мне, или в кризисный центр, или даже статистика УВД не отражают проблем. Проблему, пожалуй, больше отражает тот факт, что каждая вторая женщина, которая обращается ко мне по семейному спору, рассказывает, что муж ей палец сломал или синяк поставил или вообще бил смертным боем в течение супружеской жизни.

Зачастую сами пострадавшие не осознают, что они пострадавшие, и приходят не с просьбой о возбуждении уголовного дела, а, например, с просьбой «Помогите выселить человека — бьет-убивает смертным боем». Они могут осознать проблему выселения, но проблему насилия не осознают. Начинаешь спрашивать: «Обращались в полицию?». Отвечают: «Не то слово! Уже просто закидали их заявлениями, но никакой реакции!»

В последнее время очень часто бьют пожилых людей, стало очень много таких обращений. И у меня было дело — пришла пожилая женщина, у которой молодая дочь — наркопотребительница. Они живут в квартире вместе с ребенком — это их сын и внук, его опекуном является бабушка. Прямо у него на глазах мама бабушку бьет. Последней каплей, после которой ребенок попал в психоневрологический диспансер, был случай, когда его мать пыталась выбросить бабушку с балкона. Эта пенсионерка пришла ко мне и просила выселить свою дочку. Ситуация, когда к адвокату обращаются за решением жилищных и имущественных вопросов, обходя тему домашнего насилия, очень распространена. Та женщина говорила, что ее дочь прямо дома употребляет наркотики, что сама она обращалась, куда только можно, звонила на телефон доверия — никакой реакции.

Семинар Елены Соловьевой

— Почему не так много юристов занимается проблемами домашнего насилия?

— Женщины, которые находятся в кризисных ситуациях, зачастую лишены средств на оплату юриста. Востребованность специалистов по этой проблеме низкая, потому что клиенткам платить нечем, а адвокатская помощь оказывается на основе договора — адвокатам не платят зарплату, они работают за гонорары, которые им дают клиенты. А какие тут гонорары? Иногда привлекаешь помощь НКО, иногда просто активисты берут и устраивают краудфандинг — через социальные сети, через разные платформы собирают деньги на услуги адвоката.

Вот так, всем миром, собирали на оплату юридической помощи, чтобы защищать Галину Каторову, привлекали НКО – Консорциум женских неправительственных организаций.

Каков удар судьбы для бедных женщин — преступникам полагается адвокат бесплатно, а потерпевшим он не полагается! У НКО тоже средств не всегда достаточно, чтобы поддерживать каждую обратившуюся. НКО делают все, что могут в этом поле, но берут самые тяжелые случаи, когда дело резонансное, фигурируют маленькие дети и так далее.

Читайте так же:  Программа материнский капитал до какого года

Сейчас, благодаря резонансным делам, у нас во Владивостоке и вообще в Приморском крае образовалось огромное количество активистов. Люди сами на меня выходят и говорят: «Давайте создадим методичку! Напишите книгу!» Я сама подвергалась насилию, для меня это тема не посторонняя. Надо хотя бы начать раскачивать стереотипы, чтобы к ней повернулись правоохранители, повернулось общество. Если благодаря активистам начнет формироваться новое информационное поле, будет продвигаться убеждение, что домашнее насилие недопустимо, что существует физическая неприкосновенность, что никто не в праве твою жизнь контролировать, подчинять тебя себе, пренебрегать твоим достоинством, может, что-то и будет в обществе сдвигаться. На это мы и надеемся.

http://philanthropy.ru/intervyu/2018/03/10/61653/

Где помогут?

Завотделением помощи женщинам, оказавшимся в трудной жизненной ситуации, Алла Гаврилова рассказывает:

— В комнате отдыха можно отдохнуть после рабочего дня. Покормить рыбок в аквариуме, прочесть книгу из библиотеки, заняться шитьем, вышивкой и даже йогой. Специалист по социальной работе Фания Белова регулярно проводит чайные церемонии. Одна из волонтеров в винтажном стиле расписала обычные шкафы.

На кухне хорошая мебель, холодильник, плита, микроволновка. В бытовке душ, стиралка, гладильная доска — есть все необходимое.

Ограничений по возрасту для принятия в центр нет. Отказывают бомжам и лицам в нетрезвом виде.

Сотрудники приносят из дома овощи и фрукты с огорода, привлекают спонсоров ‑ и те охотно откликаются. Так что здесь всегда можно прокормиться, хотя питание и не предусмотрено.

— Сейчас сезон: варим компоты из яблок и груш, были ягоды ‑ кисели варили, — рассказывает специалист по социальной работе Галина Куприянова. Она как раз накрывала на стол и кормила обедом бабушку, оставшуюся без крова (у нее сгорела квартира).

Отделение рассчитано на 7 койко-мест, но частенько число клиентов вырастает до десяти. Жить тут разрешается до трех месяцев ‑ именно за этот срок возможно решить жизненные проблемы. И многие женщины, которые хотя бы раз находили здесь приют, потом звонят, благодарят, рассказывают о том, как сложилась их судьба.

Здесь занимаются не только «передержкой», но и оказывают адресную профессиональную помощь, стараются устроить жизнь подопечных. Помогают оформлять документы, найти работу, подыскать жилье.

В центре находят приют и юные девушки, в т.ч. выпускницы детских домов, оказавшиеся беременными или уже ставшие мамами. В год — 1-2 случая.

— В беременность женщина наиболее беззащитна и сама не сможет в полную силу справиться с негативными жизненными обстоятельствами, — говорит Гаврилова. — За время моей работы к нам обратились шесть молодых девчонок-мам. Пришлось устраивать им выписку из роддома, готовить приданое и даже сидеть с малышом. Детская кроватка на всякий случай так и стоит в одной из комнат.

Обеспечить домашнюю обстановку и помощь непросто. Часто ситуация требует вмешательства психолога и юриста. Женщины перенесли психические травмы, потеряли близких, работу. Да и характеры у всех разные, сложные. Многие приходят за консультацией специалистов прямо с улицы. Сложно было работать с беженками из Украины, пережившими ужасы войны. Их эмоциональное состояние ‑ на пределе. Чуть что ‑ вспыхивали. Приходилось гасить конфликты между ними и жительницами Владимира.

— У всех ситуации разные, их даже классифицировать нельзя, — говорит Гаврилова. ‑ Иногда кажется, что того, что с ними случилось, вообще быть не может. Но это происходит!

Видео (кликните для воспроизведения).

Иной раз, прочитав название учреждения, женщины, считая, что они в трудной жизненной ситуации, звонят и интересуются: «Можете нам помочь? Нам надо долги за квартиру оплатить, 200 тысяч рублей».

— Многие обращаются за деньгами. Мы отвечаем ‑ это не по адресу, — говорит Гаврилова.

Чаще всего в кризисный центр обращаются женщины, пострадавшие от домашнего насилия. От жестоких мужей страдают дамы разного возраста. Некоторые приходят не по разу. После извинений протрезвевших супругов дамы, как правило, прощают благоверных. Хотя принцип «бьет ‑ значит любит» может довести до беды. В прошлом году дело дошло до убийства.

Адрес кризисного центра сотрудники держат в тайне, дабы не вступать в столкновение с разъяренными мужьями. По их словам, женщины, которые действительно нуждаются в помощи, в острой критической ситуации звонят и приезжают, чтобы спрятаться от побоев и насилия.

— Часто в последнее время к нам попадают пожилые женщины, — рассказывает заведующая кризисным центром. — Они испытывают насилие со стороны родственников, даже со стороны собственных детей. Проявляется это в психологическом, моральном давлении. Пожилых женщин терроризируют, морят голодом, угрожают. Кого-то мы заставляем оформляться в дом-интернат, а кто-то уже и сам хочет, потому что дома жить невозможно.

Во время новогодних праздников сотрудники УВД с вокзала привезли 80-летнюю бабушку. Там она просидела два дня без еды. Оказалось, что в дальнем регионе оставила свою квартиру, а во Владимире рассорилась с внуком и оказалась на вокзале — денег на обратный билет у нее не было…

А недавно сотрудникам центра пришлось защищать молодую девушку с маленьким ребенком, которую мучила деспотичная мать.

— Не так воспитываешь ребенка, не так общаешься. В общем, девчонку затюкала, — рассказывает заведующая. — Не давала ни учиться, ни работать. Заставляла сидеть со своими детьми, рожденными от второго брака. Когда молодой маме помогли с работой, документами и устройством ребенка, к нам мать с отчимом пришли с претензиями вернуть назад «золушку».

В центре все радовались, когда приехавшей из Владивостока бабушке удалось помочь вызволить внучку из секты. Туда 13-летняя девочка попала вместе с родителями. Голодала, терпела лишения — отчим заставлял ее без одежды бегать по снегу, «закаляться». Подключили сотрудников УВД, и бабушка благополучно увезла внучку домой.

— Тех, кто у нас когда-то жил, мы не бросаем! — говорят в центре.

Читайте так же:  Когда можно подавать на алименты на ребенка

СПРАВКА

Отделение помощи женщинам, попавшим в трудную жизненную ситуацию, существует во Владимире 5 лет. Здесь принимают женщин, которые перенесли психические травмы, потеряли близких, работу. Сотрудники отделения помогут в оформлении документов для предоставления в инстанции (заявления, жалобы, обращения, запросы), представят истца в суде по гражданским делам.

http://vedom.ru/news/2016/08/16/22250-gde-pomogut

Владимирский кризисный центр приютит женщин, когда им некуда идти

Еще 40-50 человек получают возможность проживания в отделении. С начала этого года за помощью обратились уже 177 жительниц региона. Каково это

Если некому защитить?

…Насилие страшно. Ноги подкашиваются, подступает отчаяние, взгляд меркнет, под глазами – черные круги. Куда бежать, если муж стал распускать руки или из дома выгоняют взрослые дети?

Само название «кризисное», прочно прилепившееся к этому подразделению социальной помощи, отражает реальность. Сюда попадают в крайней ситуации, от безысходности, когда не у кого больше просить защиты и некуда идти…

Кризисный центр в помощь женщинам, пострадавшим от домашнего насилия, открылся во Владимире еще в 2005 году. Тогда он был муниципальным. С 2011 года это учреждение передали на областной уровень, в подчинение департаменту социальной защиты населения.

— Адрес кризисного отделения не афишируем, чтобы не вступать в столкновение с разъяренными родственниками или мужьями, — рассказывает директор комплексного центра соцобслуживания Елена Ченцова. – Здесь еще и психологический аспект: женщины переживают, а вдруг кто-то узнает про побои и их обращение к нам. «Тревожная кнопка» установлена — в экстренном случае вызываем наряд полиции.

Отделение рассчитано на 10 койко-мест. Пожить в нем бесплатно разрешается до трех месяцев – этого времени обычно хватает для решения жизненных проблем. Ограничений по возрасту нет. Принимают всех – от 18 лет до 90. Отказывают лишь бомжам и нетрезвым.

Чаще всего в кризисный центр обращаются женщины, пострадавшие от побоев и домашнего насилия. Это касается ситуаций, когда муж избил жену. Причем страдают дамы разного возраста – и юные, и зрелые. Некоторые приходят не по одному разу.

— Как-то в конце ноября был случай: среди ночи на такси приехала женщина с двумя детьми, в сланцах на босу ногу и с собачкой таксой под мышкой, — вспоминают сотрудники. И таких случаев немало.

— Мужчина позволяет себе лишнее, когда жена зависит от него материально и морально, — поясняет психолог Татьяна Лобок. – Женщины терпят до последнего! Даже самодурство и прихоть. Был случай, когда обратилась молодая дама, которой богатый муж угрожал разводом и расправой, если она не увеличит с помощью операции грудь. Мы помогаем женщинам выйти из состояния беспомощности, восстанавливаем веру в себя. Часто этому способствуют дети. Стремление защитить их от агрессии и насилия делает мам решительными!

После извинений протрезвевших и пришедших в себя супругов дамы, как правило, прощают своих благоверных. Боятся разводов, одиночества. Хотя принятие принципа «бьет – значит любит» может довести до серьезной беды. Иной раз дело доходит и до убийства – в этом году в Муроме муж убил жену топором, нанеся 40 ударов…

Островок понимания

Заведующая отделением Алла Гаврилова проводит экскурсию. Везде – по-домашнему. Есть возможность спокойно вздохнуть и расслабиться. Несколько уютных комнат, кухня, гостиная и санитарно-хозяйственный блок, где можно принять душ и постирать вещи.

В спальнях – удобные кровати, новые подушки и постельное белье. В гостиной можно посидеть на диване с книгой, укрывшись пледом, покормить золотых рыбок в аквариуме или обняться с большим плюшевым медведем. Здесь же сотрудники отделения проводят занятия по шитью, вышивке и даже йоге.

Сотрудник отделения, психолог и канистерапевт Лора Панина, которая сейчас находится в декретном отпуске после рождения четвертого ребенка, иногда приводит сюда своих четвероногих питомцев. Она устраивает представление и общение с собаками, которые специально обучены тому, чтобы помочь человеку, которому плохо. Кто откажется погладить милую собачью морду, заглядывающую в глаза? Женщины расслабляются и часто после этого идут на контакт.

На кухне – хорошая мебель, холодильник, плита, микроволновка. На окнах – симпатичные занавески, которые сшили сами сотрудники. В комнатах есть все необходимые мелочи. Многое – подарки спонсоров.

— Добрые люди нам очень помогают! Бывает, идешь в магазин, чтобы присмотреть что-то по хозяйству, а директор, узнав, из какого я учреждения, делает большие скидки и подарки, — рассказывает Алла Гаврилова. — К примеру, диванчик, кушетка и утварь для кухни нам достались почти даром.

Питание здесь не предусмотрено. Потому сотрудники кризисного отделения организуют его сами. Всегда держат в холодильнике запас продуктов, привлекают спонсоров. Откликаются благотворительные фонды, жители окрестных домов приносят сюда овощи и фрукты с огорода, консервы.

— Сейчас сезон огурцов, кабачков, помидоров. Варим компоты из яблок и груш, были ягоды – кисели варили, — рассказывают специалисты по социальной работе.

Так что здесь всегда можно прокормиться. Ведь очень часто случается, что женщины попадают сюда без единой копейки.

В июле, например, сюда привезли гражданку Республики Беларусь, которая приехала в Россию на заработки, но была обворована в поезде. Женщина осталась без денег и документов. Она решила вернуться на родину. Для заработка денег на обратный билет и оформления документов сотрудники временно трудоустроили в клининговую компанию, помогли с одеждой. И скоро готовятся проводить ее домой.

Сыновняя «любовь»

…На кухне Марина варит гороховый суп, чтобы накормить тех, кто вечером вернется с работы. Она одна из тех, кто пострадал от домашнего насилия. Ее взрослый сын нигде не работает, вымогает у родной матери деньги и рукоприкладствует. Марина — нестарая еще женщина, но выглядит намного старше своих лет. Три года назад она перенесла инсульт и, в очередной раз обратившись в центр за помощью, попросила помочь переоформить ей инвалидность.

— Если раньше нашими клиентами были в основном молодые женщины, то в последнее время больше половины – преклонного возраста, — рассказывает Алла Гаврилова. — Они испытывают насилие либо со стороны близких родственников, либо со стороны собственных детей. И проявляется это не только в избиении, а в психологическом, моральном давлении. Пожилых женщин морят голодом, угрожают. Кого-то мы заставляем оформляться в дом-интернат, а кто-то уже и сам хочет, потому что дома жить невозможно.

Во время новогодних праздников сотрудники УВД с вокзала привезли 80-летнюю бабушку. Она просидела два дня без еды. Оказалось, что в дальнем регионе оставила свою квартиру, а во Владимире рассорилась с внуком и оказалась на вокзале, потому что денег на обратный билет у нее не было…

Читайте так же:  Как подать иск на алименты без развода

Если мама после детдома

В центре находят приют юные девушки, в том числе выпускницы детских домов, оказавшиеся в «интересном положении» или уже ставшие мамами.

— Беременность — это период, когда женщина наиболее беззащитна и сама не сможет в полную силу справляться с негативными жизненными обстоятельствами, — говорит Алла Гаврилова. – Только за прошлый год к нам обратились шесть молодых девчонок-мам. Некоторым пришлось устраивать выписку из роддома, готовить приданое и даже сидеть с малышом.

Детская кроватка на всякий случай так и стоит в одной из комнат. Хотя детей постарше временно устраивают в социально-реабилитационный центр, который находится неподалеку.

Мамам с малышами помогает и киржачская общественная организация «Мамин домик», с которой у отделения налажены связи. А благодаря сотрудничеству с ивановской НКО «Колыбелька» молодых мам, выпускниц детдомов, удается хорошо устроить. Им предоставляют комнаты в коттедже. Детей можно оставлять под присмотром – за ними ухаживают и кормят, а самим работать. Подобный центр, кстати, собираются открыть и во Владимирской области.

— Послеродовая депрессия – системная проблема, — рассказывает психолог Татьяна Лобок. — Все думают: ну, раз женщина в декрете, не работает, то она со всем должна справляться. Однако это болезненное физиологическое состояние, и если не обращать на него внимания, то может перейти в психоз.

— У всех ситуации настолько разные, что их даже классифицировать нельзя, — говорит Алла Гаврилова. – Иногда кажется, что вот уж такого-то вообще быть не может. А это происходит!

Однажды в отделение привезли молодую женщину, которая шла по железнодорожным шпалам домой в Кировскую область и оказалась во Владимире возле Успенского собора. Подошвы ботинок отвалились и были привязаны к ногам веревками. Бродяга оказалась бывшей выпускницей детского дома, с психологией, как у ребенка. Нашли для нее денег на билет и отправили домой. А через полтора года она вернулась – увидела заинтересованность к своей судьбе. Сотрудники трудоустроили ее, помогли пройти нужные медицинские обследования, погасить дистанционно долги за коммуналку.

Как-то сотрудникам центра пришлось защищать молодую девушку с маленьким ребенком, которую всерьез замучила деспотичная мать.

— Не так воспитываешь ребенка, не так общаешься, в общем, девчонку замучила, — поясняет заведующая отделением. — Не давала ни учиться, ни работать. Заставляла сидеть с детьми, рожденными ею от второго брака. Когда молодой маме помогли с работой, документами и устройством ребенка, с претензиями пришли ее мать с отчимом, с настойчивой просьбой вернуть назад «Золушку».

В лапах у черных риелторов и сектантов

Беда не приходит одна. Часто это случается наяву с подопечными кризисного отделения. У женщины с высшим образованием, работавшей воспитателем в детском саду, отобрали квартиру. Началось с того, что она сдала комнату в квартире. Потом ее заговорили аферисты, заставив подписать документы, и… она осталась без жилья. Даже суд не помог.

В другом случае дама продала квартиру и отдала целителям 3 млн рублей.

Еще была возрастная мама, которая вместе с сыном проиграла на бирже квартиру. От переживаний у нее случился инсульт.

— Вы должны нам дать жилье! – требовала она, попав в кризисное отделение. Ее устроили в пансионат пос. Садовый.

Все вместе радовались, когда приехавшей из далекого города бабушке удалось помочь вызволить внучку из секты. В нее девочка-подросток попала вместе с родителями. Оказалось, что ради излечения ее младшего брата-инвалида мама с отчимом продали большую квартиру и были завербованы в московском центре в секту. «Купились» на идеи, что жить надо на свежем воздухе и все болезни пройдут. Переехали в Судогодский район, поселились в доме с печным отоплением. Девочке пришлось голодать, терпеть лишения, отчим заставлял без одежды бегать по снегу – закаляться. Были подключены сотрудники УВД, и бабушка благополучно увезла внучку домой.

— А сколько вокруг одиноких, брошенных стариков? – вопрошает Елена Ченцова. — Пару месяцев назад женщину обнаружили посреди дороги в Суздальском районе. Выяснилось, что она психически нездорова и идти ей некуда. Помогли устроить в медучреждение Подольска, откуда она родом.

Одна из пожилых женщин зимой жила в кризисном центре, а летом – в теплице. Выяснилось, что ее единственная дочь безбедно существует в Англии. Однако когда старушка умерла, хоронить ее пришлось соцработникам…

Посылка из Израиля

Создавать домашнюю обстановку и оказывать помощь совсем не просто. Потому что очень часто ситуация требует вмешательства психолога, юриста. Женщины перенесли психические травмы, потеряли близких, работу. Да и характеры у всех разные, сложные. Многие приходят за консультацией специалистов прямо с улицы.

И сотрудники занимаются не только «передержкой», но и оказывают адресную профессиональную помощь, стараются устроить жизнь подопечных. Помогают в оформлении документов, устройстве на работу, подыскивают жилье.

— Иной раз, прочитав название нашего учреждения, женщины, посчитав, что они в трудной жизненной ситуации, звонят и интересуются: «А вы можете нам помочь? Нам надо долги за квартиру оплатить – 200 тысяч рублей», — рассказывает Алла Седлова. — Очень многие обращаются за деньгами. Мы отвечаем – это не по адресу.

Психолог Татьяна Лобок кроме бесплатного приема два раза в месяц проводит тематические занятия женского психологического клуба: устраивает лекции и обсуждения на актуальные темы, арт-терапевтические упражнения. Женщины рисуют, медитируют. Юрист Ирина Карпова проводит занятия по правовой грамотности. Разъясняет, к примеру, как быть, когда тебя уволили с работы. Как снять или продать жилье, чтоб тебя не обманули.

А еще сотрудники отделения часто устраивает праздники, концерты и благотворительные акции — прежде всего для тех, кого патронируют.

— Тех, кто у нас когда-то жил, мы не бросаем! — говорят они.

Любопытный факт: многие женщины, которые хотя бы раз находили здесь пристанище, потом звонят, благодарят и рассказывают о том, как сложилась их дальнейшая судьба. Кто-то пишет или приходит в гости из дома-интерната. А как-то раз даже посылка пришла из Израиля! В ней – крема с минералами Мертвого моря. Женщина, которой сотрудники кризисного отделения когда-то помогли выбраться из трудной ситуации, уехала к родне в Израиль и прислала в благодарность такой вот подарок.

Видео (кликните для воспроизведения).

http://vedom.ru/news/2019/08/19/36422-vladimirskij-krizisnyj-centr-priyutit-zhenschin

Центр помощи женщинам от домашнего насилия
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here