Закон о домашнем насилии последние новости

На странице подготовлен материал на тему: "Закон о домашнем насилии последние новости" с подробным описанием от профессионалов для людей. Если возникнут дополнительные вопросы, обращайтесь к дежурному консультанту.

Зачем нам навязывают закон о домашнем насилии: «дьявол в деталях»

Законопроект о домашнем насилии продолжают навязывать обществу лоббисты. В ноябре был опубликован итоговый текст нашумевшего документа, в котором по-прежнему содержатся спорные правовые нормы.

Чем ближе дата рассмотрения окончательной редакции законопроекта о домашнем насилии, тем сильнее воздействуют на общество федеральные СМИ. В ход пошла тяжёлая артиллерия в виде опроса ВЦИОМ, на который ссылаются все – от ведущих государственных каналов до откровенной антироссийской либерды.

Давайте посмотрим, что в этом опросе.

«Абсолютное большинство россиян придерживаются мнения, что домашнее насилие недопустимо (90%). При этом показатель среди женщин на 9 процентных пунктов выше, чем среди мужчин (94% и 85% соответственно)».

Кто бы сомневался. В России живут по-настоящему цивилизованные люди – мы с вами. Спроси любого здравомыслящего человека, одобряет ли он насилие в общем и целом – и получишь ответ, что не одобряет. Смотрим дальше.

«40% опрошенных россиян сообщили, что в знакомых им семьях были случаи побоев или применения силы. Остальные 58% наших сограждан о подобных эпизодах ничего не слышали».

Хоба! Оказывается, не так уж семейное насилие актуально и распространено в обществе, как нам пытаются насвистеть лоббисты спорного закона. Менее половины россиян знают семьи, где бывали эпизоды применения силы. И вот, наконец, доходим до того пункта, которым размахивают феминистки.

«Также россиян спросили о том, нужен ли закон о профилактике семейно-бытового насилия. Большинство россиян уверены, что такой закон нужен в нашей стране (70%). При этом женщины чаще отвечали положительно, нежели мужчины (80% женщин и 57% мужчин)».

То есть, вот эти топовые заголовки, которыми размахивал Яндекс, они вообще-то не отражают полностью суть опроса.

Оставим передёргивание на совести журналистов, а сами зададимся таким вопросом: а сколько участников опроса читали текст законопроекта о домашнем насилии? Поможет нам ответить на этот вопрос недавнее исследование ФОМ на тему изменений Конституции России. Большинство наших сограждан – и я знаю – многие из вас, за то, чтобы внести в основной закон страны изменения.

А нюанс заключается в том, что читали Конституцию лишь 59% опрошенных. А основные её положения знает 51% респондентов.

А сколько же народа хотят изменить то, что читали отнюдь не все? 68%. Разница налицо. Так и с законопроектом о насилии в семье. Кто спорит с тем, что насилие – это плохо? Почти никто. Но кто читал закон, о котором задают вопрос социологи? Вот тут-то всё не так однозначно.

Я напомню, что вызывало обоснованную критику и негодование тех, кто первоначальный текст законопроекта читал.

«Статья 3, пункт 5:

5) Психологическое насилие – умышленное унижение чести и (или) достоинства путём оскорбления или клеветы, высказывания угроз совершения семейно-бытового насилия по отношению к пострадавшему, его супругу или его родственникам, бывшим родственникам, свойственникам, знакомым, домашним животным, преследование, изъятие документов, удостоверяющих личность, принуждение посредством угроз либо шантажа к совершению преступлений и (или) правонарушений, аморальному поведению или действиям, представляющим опасность для жизни или здоровья пострадавшего, а также ведущим к нарушению психической или психологической целостности; умышленное уничтожение, повреждение или удержание имущества пострадавшего либо его родственников».

Я уже высказывался по данному пункту. Повторюсь: согласно такому определению выходит, что любые слова, сказанные во время ссоры в семье, могут стать основанием для обращения в суд. Это, на мой взгляд, абсолютно издевательское определение. Во многих семьях бывают ссоры, в ходе которых супруги в сердцах говорят друг другу что-либо. Во многих случаях никаких действий после этого не следует. Но тут выходит, что достаточно одному из супругов вовремя включить диктофон на смартфоне, и пожалуйста, он имеет основания для обвинений в адрес второго. И мировой судья обязан принять это к рассмотрению.

Точно такие же вопросы, если не большие, вызывало определение «экономического насилия». Получалось, что мужу достаточно отказать жене в покупке нового пальто, и вот, пожалуйста, он уже экономический насильник.

Теперь заглянем в текст законопроекта, опубликованный на сайте Совфеда уже после внесения правок.

И с удовлетворением увидим, что сомнительные определения из законопроекта вымарали. Нет там уже никакого психологического и уже тем более – «экономического насилия». Слава Богу, тут здравый смысл победил.

Едем дальше. Другой мишенью для критики в предлагаемом изначально законопроекте было положение о вынесении защитного предписания.

Напомню, о чём речь.

«Статья 25. Меры, устанавливаемые судебным защитным предписанием

3. С учётом конкретных обстоятельств дела, судебным защитным предписанием дополнительно может быть постановлена одна или несколько следующих мер:

1) обязать нарушителя покинуть место совместного проживания с пострадавшим на срок действия судебного защитного предписания, независимо от того, кто является собственником жилого помещения».

Открываем актуальный текст законопроекта.

Судебное защитное предписание из статьи 25 никуда не делось. Но вот слова «независимо от того, кто является собственником жилого помещения», исчезли. Вместо них сказано:

«Судебным защитным предписанием на нарушителя могут быть возложены следующие обязанности:

2) покинуть место совместного жительства или место совместного пребывания с лицами, подвергшимися семейно-бытовому насилию, на срок действия судебного защитного предписания при условии наличия у нарушителя возможности проживать в ином жилом помещении, в том числе по договору найма (поднайма) специализированного жилого помещения либо на иных основаниях, предусмотренных законодательством Российской Федерации».

Читайте так же:  Смена фамилии после замужества закон

Напомню, именно пассаж о собственнике вызывал обоснованное негодование россиян.

«И вот тут у меня немного бомбит: НЕЗАВИСИМО ОТ ТОГО КТО ЯВЛЯЕТСЯ СОБСТВЕННИКОМ ПОМЕЩЕНИЯ . 111111

А теперь подытожим, вы всю жизнь зарабатывали на жильё, купили его (или досталось от родителей), ОНО ВАШЕ, и вот вы живёте с девушкой/парнем, и в один прекрасный день к вам приходят и ВЫКИДЫВАЮТ ВАС НА УЛИЦУ, ЗАПРЕЩАЯ ПРИБЛИЖАТЬСЯ К ДОМУ. И ЭТО ПО ЗАКОНУ.

Вы ничего не понимаете, как так-то, а всё просто: ваша благоверная/благоверный тайком от вас накатали заявление на защитный ордер, ну вы ведь помните: «борщ пригорел», «на машину деньги тратил». Всё добро пожаловать на улицу».

Теперь этого пассажа в тексте нет. Законодатели одумались, что лоббисты законопроекта фактически пытаются лишить людей законного права собственности на жильё.

При этом, несмотря на все внесённые правки, без ответа остался самый главный, на мой взгляд, вопрос. Тот самый, который поднимали юристы.

«Адвокат Анна Швабауэр заявила, что законопроект превращает семейные отношения в отношения бизнес-партнёров: «У нас сейчас вообще-то есть все определения насилия: включая «побои, клевета, оскорбления».

Вопрос банален: а зачем вообще тогда уголовное законодательство, если надо принимать какой-то специальный закон для отдельного подвида насилия? Может, дело в том, что наше уголовное законодательство в целом работает через пень-колоду?

Ответа на этот вопрос упоротые феминистки, конечно же, не дадут. Не потому, что они не знают, зачем проталкивают законопроект. Они-то как раз знают. А оттого, что не могут же они выдать себя, открыто признав, что закон о домашнем насилии нужен, чтобы добить и без того находящийся в кризисном состоянии институт семьи, как таковой.

И вот вроде выбросили из документа сомнительные моменты, но осадочек всё равно остаётся. Скажите, у вас тоже, уважаемые подписчики?

Пользуясь случаем, покажу вам список возможных последствий принятий этого законопроекта, спрогнозированных комитетом клуба «Политическая Россия» по вопросам семьи. Вот что думают наши коллеги по клубу, такие же рядовые граждане, как и вы.

«Поставленная в особую категорию сфера семейных отношений, в случае принятия данного закона, будет находиться в области повышенного государственного внимания и общественного контроля, а, основываясь на положениях проекта закона, даже без желания участников этих отношений станет подвергаться постоянному и неконтролируемому вмешательству со стороны новых «субъектов профилактики».

Как это может выглядеть в реальности? Например, если соседка посчитает, что ваш муж подвергает вас насилию, то меры последуют даже без вашего заявления (по мнению авторов законопроекта, ваше мнение в таком деле необязательно, ведь вы непременно будете покрывать родственника; правильнее полагаться на «незаинтересованного» свидетеля).

Ваша семья станет объектом разного рода профилактических мер: мужа поставят на учёт и привлекут к ответственности (административной или уголовной), в семью придут сотрудники из социальной службы или НКО, чтобы провести обследование жилищных условий, по результатам которого может быть сформирован вывод о существовании опасности нахождения в вашей семье детей и необходимости помещения их в реабилитационный центр с возможным последующим изъятием».

То есть, наши коллеги хотят сказать, что весь этот законопроект – ещё одна, лишь слегка замаскированная попытка прикрыть внедрение западных «ювенальных технологий».

Как думаете, они правы? Если вас волнует этот и другие подобные вопросы, то вступайте в ряды клуба «Политическая Россия», а также поддерживайте материально деятельность редакции PolitRussia, чтобы мы и дальше смогли публиковать материалы о попытках уничтожения российских традиционных ценностей.

Лоббисты, продвигающие эти попытки, наверняка получают скрытое финансирование с Запада, или же сами имеют какие-то тщательно спрятанные пороки. А нам не на кого полагаться и не у кого просить поддержки, кроме людей, которые любят Россию так же сильно, как любим её мы. У нормальных людей, здоровых. То есть – у вас.

Опубликован проект закона о домашнем насилии в России

Законопроект о профилактике семейно-бытового насилия в России, который в ближайшее время направят в Госдуму, опубликован на сайте Совета Федерации в пятницу, 29 ноября. Ранее спикер верхней палаты парламента Валентина Матвиенко заявила, что это необходимо для «открытого обсуждения» закона.

Авторы законопроекта предлагают ставить на профилактический учет виновных в семейном насилии, а также задействовать семьи в профилактических программах. Кроме того, суд может предписать виновному в домашнем насилии покинуть место проживания с жертвой и прекратить общение. Предлагается выдавать агрессорам предписание о запрете приближаться к пострадавшему на срок до одного года.

Материалы по теме

http://lenta.ru/news/2019/11/29/zakon/

Чем грозит закон о профилактике домашнего насилия?

Вместо решения проблемы мы можем получить инструмент для преследования неугодных и мошеннические схемы

Современная Россия полна острейшими социальными проблемами. Нищенские зарплаты, мизерная пенсия, до получения которой теперь еще надо суметь дожить, тотальное воровство чиновников, колоссальное имущественное расслоение и так далее. Перечень будет длинный. Но вот вдруг наши власти озаботились борьбой с домашним насилием. Видимо, других проблем не осталось. Совет Федерации оперативно разработал законопроект о профилактике семейно-бытового насилия, выложив его в интернете для общественного обсуждения.

Все вдруг резко возбудились. Валентина Матвиенко со страданием на лице грозится покончить с домашней тиранией. Разъяренные феминистки проводят митинги, требуя оградить их от проклятых насильников, и скандируют «Бьет — значит сядет!». Сторонники конспирологических теорий видят в этом законопроекте признаки масонского заговора и готовятся строить баррикады у стен Госдумы, чтобы не допустить принятия «проклятого закона», который разрушит русские семьи и подорвет и без того тяжелую демографическую ситуацию. В общем, все при деле, все погружены в жаркие споры. Возможно, в этом одна из задач вбрасывания этой темы в общественное пространство?

Читайте так же:  Опека и попечительство над детьми реферат

Но уж раз пошла такая дискуссия, давайте разберемся, нужен ли нам такой закон? Обстановка в российских семьях далеко не самая благополучная, это факт. Но домашнее насилие у большинства населения закономерно ассоциируется не с банальной руганью и битьем посуды, а с побоями, истязаниями, причинением физической боли. Чаще всего со стороны мужчин в отношении женщин — по принципу физического превосходства.

Но бывают и обратные случаи, когда женщины держат «сильный пол» в черном теле. Однако для таких ситуаций сегодня в законодательстве есть достаточные меры реагирования. Статья 6.1.1 «Побои» в Кодексе об административных правонарушениях (предусматривает арест до 15 суток, штраф до 30 тысяч рублей или обязательные работы). Статьи 116 и 116.1 УК РФ «Побои» (до 2 лет лишения свободы), статья 117 «Истязание» в Уголовном кодексе (до 7 лет лишения свободы), статьи 111, 112, 115 Уголовного кодекса, предусматривающие серьезные сроки лишения свободы за причинение тяжкого, среднего и легкого вреда здоровью.

На мой взгляд, вполне достаточный арсенал способов наказания домашних тиранов. Другое дело, что наши правоохранительные органы далеко не всегда эффективно реагируют на заявления о домашнем насилии, но здесь нужен не новый закон, а усиленный контроль надзорных органов, повышение квалификации сотрудников полиции, расширение штата полицейских, работающих «на земле».

Когда сторонники принятия нового закона говорят о том, что сейчас многие женщины не обращаются с заявлениями в полицию и терпят издевательства, потому что боятся своих мужей, то возникает резонный вопрос: а не будут ли они так же бояться обращаться в полицию и на основании нового закона. Что здесь принципиально изменится? Внятного ответа я пока не услышал.

Если прочитать законопроект, размещенный Советом Федерации, то сразу бросается в глаза неопределенность многих формулировок, что открывает широкое пространство для манипуляций. Семейно-бытовое насилие предлагается трактовать, как «умышленное деяние, причиняющее или содержащее угрозу причинения физического и (или) психического страдания и (или) имущественного вреда, не содержащее признаки административного правонарушения или уголовного преступления». Сразу возникает вопрос: а как будут доказывать факты таких угроз и психического воздействия? Мы знаем, что чаще всего семейные конфликты происходят без свидетелей, с глазу на глаз. И если ориентироваться только на заявление потерпевшей стороны, как предписывает проект нового закона, то мы получим колоссальное количество ложных обвинений, направленных на сведение счетов за какие-либо обиды, или просто мошеннические схемы, нацеленные на последующее завладение имуществом супруга.

Полиция и так сегодня испытывает серьезный кадровый голод, участковых не хватает, районные ОВД завалены работой. И кто в такой ситуации будет что-то проверять? А ведь законопроект предусматривает, что по заявлению потерпевшей стороны полиция может выносить защитное предписание, которое налагает на предполагаемого «домашнего насильника» серьезные ограничения и предусматривает серьезную ответственность за нарушение этих ограничений. Так что это пока очень сырая и непродуманная инициатива, которая, в лучшем случае, пополнит перечень неработающих законов, а в худшем — приведет, например, к преследованию оппозиционеров и других неугодных по надуманным поводам, чем так любит заниматься наша власть.

Видео (кликните для воспроизведения).

Еще один весьма сомнительный пункт нового законопроекта предусматривает возможность по решению суда обязать домашнего тирана «покинуть место совместного жительства или место совместного пребывания с лицами, подвергшимися семейно-бытовому насилию, на срок действия судебного защитного предписания при условии наличия у нарушителя возможности проживать в ином жилом помещении, в том числе по договору найма (поднайма), договору найма специализированного жилого помещения либо на иных основаниях, предусмотренных законодательством Российской Федерации».

Понятно, что в большинстве случаев у нарушителя не будет возможности проживать в ином помещении, так как в наших семьях часто еле-еле сводят концы с концами от зарплаты до зарплаты и никаких лишних денег или свободной жилплощади элементарно нет. Зато в тех случаях, когда деньги в семье водятся, новый закон открывает пространство для различных афер с недвижимостью.

Подобных «косяков» в законопроекте еще очень много. Если честно, то мне представляется, что в настоящее время принятие подобного закона пользы не принесет, зато позволит влезать в семейные дела нашим далеко не всегда справедливым чиновникам, а также различным мошенникам под видом «некоммерческих организаций», оказывающих помощь жертвам домашнего насилия.

Именно поэтому эти НКО так активно лоббируют принятие сомнительного закона, так как понимают, что появится возможность получать различные государственные гранты и прочие преференции. А вот обычным гражданам этот закон в текущей ситуации, скорее, создаст лишние проблемы, не решив при этом саму проблему домашнего насилия. Буду рад ошибиться, но перспективы просматриваются именно такие.

В целом, вместо принятия такого сомнительного закона, нашим властям следовало бы уже сейчас сосредоточиться на развитии института участковых уполномоченных полиции (которые и должны контролировать проблемные семьи) и создании государственных центров психологической помощи, где «трудные семьи» смогут бесплатно или за незначительную плату получать консультации и помощь для разрешения конфликтов и сохранения семейных отношений.

Также необходимо повышать квалификацию сотрудников полиции и усиливать надзор за административными и уголовными делами, связанными с домашним насилием. Ну и, конечно, развивать воспитательную работу среди молодежи, пропагандировать здоровые семейные отношения и уважение людей друг к другу. И тогда новые законы просто не понадобятся…

В законопроекте о домашнем насилии появилось понятие «преследование»

Уточнение о преследовании

В пятницу, 15 ноября, в Совете Федерации прошло заседание рабочей группы по подготовке законопроекта о домашнем насилии. К нему депутаты Госдумы подготовили замечания и поправки, с которыми ознакомился РБК. По словам соавтора законопроекта депутата Оксаны Пушкиной, предложенные изменения будут учтены в финальной версии законопроекта.

Читайте так же:  С какой суммы начисляются алименты на ребенка

Что такое преследование

Новые поправки уточняют понятие преследования — под ним понимаются «неоднократные угрожающие действия, направленные на пострадавшего вопреки его воле, выражающиеся в поиске пострадавшего, ведении устных, телефонных переговоров, вступлении с пострадавшим в контакт через третьих лиц либо иными способами, посещении места работы, учебы пострадавшего, а также места его проживания, в том случае, если пострадавший находится не по месту совместного проживания с нарушителем». Также под это определение подпадают любые действия, из-за которых потенциальная жертва может испытывать опасения за свою безопасность.

Эта норма очень важна, сейчас российское законодательство никак не защищает от преследования, говорит эксперт организации «ООН-женщины» Елена Мезенцева. «За это спасибо ЕСПЧ, летом Европейский суд принял решение в пользу пострадавшей от домашнего насилия Валерии Володиной, она выиграла иск против России, темой иска было преследование», — добавила эксперт. Тогда же появилась информация, что в ЕСПЧ находится более 100 жалоб на домашнее насилие, и часть из них связана с преследованием, говорит Мезенцева.

Связь с делом Соколова

Соавтор законопроекта о домашнем насилии Оксана Пушкина рассказала РБК, что резонансное дело обвиняемого в убийстве аспирантки бывшего преподавателя СПбГУ Олега Соколова не прошло мимо внимания рабочей группы. По ее словам, петербургский университет участвовал в подготовке исследования по заказу Госдумы о семейно-бытовом насилии в России: «По возвращении в Питер, буквально через несколько дней, авторов исследования накрыло трагическое совпадение событий. Соколов оказался их коллегой по СПбГУ». Руководитель исследования, профессор кафедры уголовного права СПбГУ Владислав Щепельков выступил с предложением создать при вузе центр изучения проблем семейно-бытового насилия.

Соколов был задержан 9 ноября, после того как он упал в реку, пытаясь избавиться от рюкзака с женскими руками и травматическим пистолетом. При обыске в его квартире были найдены останки аспирантки Анастасии Ещенко. На допросе Соколов признался в ее убийстве и оформил явку с повинной. Возбуждено уголовное дело по ч. 1 ст. 105 УК (убийство). Спустя некоторое время Соколова уволили из СПбГУ, а также удалили информацию о нем с сайта Российского военно-исторического общества, в котором он состоял.

В замечаниях также предлагается ввести запрет общественным организациям, которые занимаются профилактикой семейно-бытового насилия, информировать силовые структуры о случаях насилия без согласия жертвы. «Подобного рода «обязанность» приведет к нарушению прав лиц, подвергшихся семейно-бытовому насилию, без желания потерпевшей нельзя обращаться в полицию», — говорится в документе.

Елена Мезенцева напомнила историю российского хоккеиста Вячеслава Войнова, который после избиения жены был приговорен в США к 90-дневному тюремному сроку. «Там мнением его девушки никто особенно не интересовался, потому что там это дела публичного обвинения, а у нас они продолжают оставаться делами частного обвинения», — сказала Мезенцева. Из-за этого большинство женщин забирают из полиции заявления о домашнем насилии уже на следующий день, говорит она. «Надавили, [жертва] передумала, поняла, что без его зарплаты не проживет, причины могут быть любые, — поясняет эксперт. — Запрет для организаций сообщать такую информацию означает только одно — по этим ситуациям не будут возбуждаться дела».

Авторы замечаний считают, что нужно ужесточить ответственность за нарушение защитных предписаний, которые запрещают преследователю приближаться к жертве. Такое предписание может быть выдано на срок от 30 дней до года, при необходимости суд может его продлить. Но депутаты уверены, что штрафы — слишком мягкое наказание за нарушение предписания. «Предлагаемая ответственность настолько ничтожна, что не будет являться сдерживающим фактором для правонарушителя, — говорится в документе. — Нами предлагается в случае первого нарушения ввести административную ответственность, а при повтором — уголовную».

Авторы законопроекта из Совета Федерации также собрали мнения регионов о готовящейся инициативе, говорится в справке, представленной в ходе обсуждения (есть у РБК). Подавляющее большинство субъектов — 55 из 85 — предлагает принять закон о профилактике семейно-бытового насилия.

Пушкина уточнила, что свои поправки к законопроекту еще предложат министерства, общественные организации, кризисные центры и так далее.

Впервые законопроект о домашнем насилии был внесен в Госдуму в 2016 году, но тогда он не прошел первое чтение. До 2017-го побои «в отношении близких лиц» фигурировали в ст. 116 Уголовного кодекса, но два года назад был принят закон о декриминализации побоев в семье, разработанный сенатором Еленой Мизулиной. Он перевел побои близких родственников из разряда уголовных преступлений в административные правонарушения в случаях, когда такой проступок совершен впервые. Мизулина утверждала, что возможность уголовного наказания за побои родственников может нанести «непоправимый вред семейным отношениям».

О необходимости разработать и внести закон о домашнем насилии летом заявила спикер Совета Федерации Валентина Матвиенко. «Мы изучим международный опыт в этой сфере, — отметила она, поручив подготовить проект закона к 1 декабря. — Нужно изменить патриархальный менталитет». После этого парламентарии разработали документ, о котором в середине октября писал РБК. Положения законопроекта распространяются не только на формальных родственников, но и на всех проживающих совместно, а также бывших супругов и усыновленных детей.

Законопроект предусматривает закрепление понятия профилактики семейно-бытового насилия, а также описывает его виды — физическое, сексуальное, психологическое и материальное.

Опубликованы поправки к последней версии законопроекта о домашнем насилии. Главное

Депутаты Госдумы, правозащитники и адвокаты подготовили поправки к последней версии законопроекта о профилактике домашнего насилия, которая была раскритикована общественностью. В них, в частности, уточняется расстояние, на которое преследователю будет запрещено приближаться к жертве, подробно раскрыт термин «семейно-бытовое насилие» и перечислены его виды, а также прописаны варианты наказания абьюзеров. «Предполагаются реальные меры защиты жертв насилия и системная работа с агрессором. Мы выступали и будем выступать за работающий закон, который действительно спасет и защитит пострадавших от домашнего насилия», — написала на своей странице в Facebook соавтор поправок, правозащитница Алена Попова.

Читайте так же:  Заявление на усыновление ребенка образец в опеку

Основные положения поправок к законопроекту

1. Определение семейно-бытового насилия. Авторы поправок пишут, что семейно-бытовое насилие — это умышленное действие или бездействие в отношении близких, если это деяние причиняет пострадавшему физическую боль, и (или) наносит вред здоровью, и (или) причиняет психические страдания, и (или) причиняет ему имущественный вред. Сюда же относится угроза совершения подобного деяния.

Оговариваются виды домашнего насилия: физическое, психологическое, сексуальное и экономическое. Право на необходимую оборону предлагается не считать семейно-бытовым насилием. Кроме того, уточняется, что если родители, например, не разрешают своему ребенку слишком много времени проводить около компьютера или записали его в спортивную секцию, то они не совершают насилия.

«Более того, важно понимать, что „не купил ребенку трансформера“ или „не купил жене шубу“ также не является ни в коем случае экономическим насилием», — говорится в поправках к законопроекту. Под экономическим насилием предлагается понимать умышленное лишение человека жилья, пищи, одежды, лекарств или иных предметов первой необходимости

К физическому насилию относятся любые умышленные насильственные действия (лишение свободы, понуждение к употреблению психоактивных веществ, причинившие вреда здоровью и физической боли), а также отказ в удовлетворении основных потребностей в уходе, заботе о здоровье и личной безопасности пострадавшего. Психологическое насилие — это, в том числе, оскорбления и распространение клеветы, высказывание угроз, шантаж, преследование, изъятие личных документов. Сексуальное насилие — деяние, посягающее на половую неприкосновенность или половую свободу пострадавшего, в том числе посредством силы, угроз или шантажа.

2. Преследование. Еще один термин, который, как и семейно-бытовое насилие, пока не закреплен юридически. Согласно предложенным поправкам, преследование — это действия, направленные на пострадавшего вопреки его воле. Они могут выражаться в поиске жертвы, попытке выяснить ее место проживания или пребывания, навязчивых телефонных звонках (сообщениях в интернете), в попытках выйти на связь через третьих лиц. Преследование — это также посещение места работы, учебы или лечения пострадавшего.

3. Право на защиту и профилактика. Закон о домашнем насилии должен распространяться не только на формальных родственников, а на всех проживающих совместно, а также бывших супругов, их иждивенцев, близких и свидетелей правонарушения, работников соцслужб, если есть основания полагать, что им тоже может быть причинен вред.

В профилактике домашнего насилия, по мнению авторов поправок, могут принимать участие как органы власти, надзорные органы и полиция, так и общественные и кризисные некоммерческие организации. Меры профилактики нужно предпринимать незамедлительно после того, как к ним поступят заявления пострадавшего или узнавших о факте насилия, решения судов или компетентных органов.

Среди мер профилактики называются индивидуальные профилактические беседы и постановка на учет агрессоров. Законопроект также подразумевает принудительные специальные курсы по работе с гневом для реабилитации абьюзеров. Для пострадавших предусмотрены программы психологической поддержки.

4. Защитные и охранные предписания. Защитные предписания должны выдавать сотрудники полиции. Предписание выносится с согласия пострадавшего и без, если жертва из-за возраста, болезни, инвалидности, материальной зависимости или по какой-то еще причине не может выразить согласие.

Документ запрещает нарушителям преследовать и вступать в любые контакты с жертвой, приближаться к пострадавшему на расстояние ближе, чем на 50 метров. Действовать предписание будет 30 суток, в случае необходимости этот срок может быть продлен до двух месяцев. На время действия защитного предписания нарушитель ставится на профилактический учет органами внутренних дел.

Охранные предписания будут выдаваться в судебном порядке в случае, если защитное предписание не останавливает нарушителя. Оно может продлеваться максимум на срок до двух лет и предполагает более широкие меры воздействия. Обидчику также нельзя будет контактировать с жертвой, приближаться на расстояние ближе, чем на 50 метров, а еще приобретать и пользоваться любыми видами оружия. Агрессора могут обязать покинуть совместное жилье (независимо от того, кто является собственником жилого помещения, но при условии наличия у нарушителя возможности проживать в ином жилом помещении, в том числе по договору найма). Кроме того, абьюзера могут заставить передать пострадавшему человеку личные вещи, которыми он располагает, а также пройти специализированную психологическую программу.

За первое нарушение защитного предписания нарушителей предлагается наказывать штрафом, а за повторное или игнорирование охранного ордера — привлекать к уголовной ответственности, предусмотрев один год лишения свободы. Также могут быть назначены исправительные или обязательные работы.

5. Временное жилье. Авторы поправок считают, что органы власти обязаны «незамедлительно обеспечить» временным бесплатным жильем жертву домашнего насилия, если такая просьба поступила от потерпевшего. Оговаривается срок — минимум на два месяца. Он может быть продлен, если угроза жизни и здоровью потерпевшему не устранена.

Соавторами поправок стали депутаты Оксана Пушкина, Ирина Роднина, Ольга Савастьянова, Елена Вторыгина, Татьяна Касаева, адвокаты Мари Давтян и Алексей Паршин, а также правозащитница Алена Попова. Все они принимали участие в разработке опубликованной Совфедом версии законопроекта.

Обсуждение законопроекта — до 15 декабря

Последняя версия законопроекта о профилактике семейно-бытового насилия была опубликована на сайте Совфеда 29 ноября. Эксперты раскритиковали документ, заявив, что его положения не были согласованы с рабочей группой, принимавшей участие в его разработке. «Это редакция не просто урезанная и сокращенная, она еще и во многом юридически безграмотная. Это результат заигрываний Совфеда с разного рода радикальными консервативными группами», — отметила адвокат Мари Давтян.

Читайте так же:  Алименты после достижения ребенком 18 лет
Дмитрий Медведев прокомментировал законопроект о домашнем насилии

Сейчас опубликованный законопроект — предмет открытого общественного обсуждения, которое продлится до 15 декабря. К размещенному на сайте Совфеда документу уже поступило более 5 тыс. комментариев.

За принятие законопроекта выступают многочисленные кризисные центры, правозащитные, благотворительные и феминистские сообщества. Генпрокуратура поддержала введение защитных предписаний для домашних агрессоров. Против закона о домашнем насилии высказываются ультраконсервативные организации вроде «Сорока сороков» и «За права семьи». Они считают, что закон разрушит институт семьи в России, поскольку нарушает пределы вмешательства государства в домашние дела граждан. В РПЦ заявили, что закон о домашнем насилии приведет к «бракоразводным войнам».

Согласно недавнему опросу «Левада-центра», каждый третий житель России (31%) сталкивался с домашним насилием в собственной семье и своем ближайшем окружении. По данным МВД, за девять месяцев 2019 года от домашнего насилия пострадала 15 тыс. 381 женщина. Исследование «Новой газеты» и «Медиазоны» показало, что 79% осужденных женщин становились жертвами насилия со стороны тех, кого потом убили.

Авторы проектов закона о домашнем насилии устроили «схватку»

«Против выступают экстремисты»

24.12.2019 в 20:12, просмотров: 3804

Авторы многострадального законопроекта о профилактике семейно-бытового насилия вновь собрались, чтобы отстаивать свою позицию. Вокруг него в последнее время кипят нешуточные страсти. Ситуация с документом неоднозначная: во-первых, непонятно, в каком виде он будет направлен в Госдуму. А после того, как Владимир Путин на своей пресс-конференции выразил сомнение в целесообразности принятия такого закона, его сторонники вообще впали в ступор.

«Нужен ли этот закон? Давайте спокойненько это обсуждать в общественности», — призвал президент страны. Именно этим сейчас занимается Совет Федерации: изучает все предложения, поступившие на сайт после публикации текста документа, и пытается сварганить вменяемый документ. Ведь тот, который сейчас можно увидеть на сайте СФ, по мнению большинства экспертов, юридически безграмотен. Например, проектом закона предусмотрен охранный ордер, в соответствии с которым партнеру-тирану запретят контактировать с жертвой, а также могут вынести предписание покинуть общее жилье. Но нет образца такого ордера, хотя любое законодательство основывается на приложениях, нормативных актах.

Согласно этому тексту, вводится ряд новых видов насилия, в том числе психологическое и экономическое, что вызвало наибольшее количество споров. Так, недовольная жена или ребенок смогут обвинить отца семейства в экономическом насилии, если последний отказывается купить членам семьи желаемую вещь, и так далее. Но эти понятия так и остались в опубликованной редакции проекта закона.

Сомнения вызывает и то, что законопроект предполагает внесудебное вторжение в личную жизнь граждан.

Без сомнения, в документе также много полезного. Например, важно, что при оформлении случая насилия будет учитываться не только обращение самой жертвы, но и заявления очевидцев: соседей, медработников, если последние подозревают, что их пациент повергся такому насилию. Хотя и в этой области могут быть перегибы: в полицию может позвонить любой недоброжелатель, мечтающий испортить жизнь той или иной семье.

Все эти достоинства попытались вчера обрисовать авторы законопроекта.

Первый заместитель председателя Комитета Совета Федерации по социальной политике Инна Святенко проинформировала, что никакой угрозы вмешательства в семью, как это утверждают оппоненты, законопроект не несет — напротив, он направлен на сохранение целостности ячейки общества:

— Если случилась конфликтная ситуация в семье, ей окажут психологическую или юридическую помощь. А если страсти уже накалены, то на помощь придут кризисные центры. А сейчас мы имеем дело с фактами уже свершившегося насилия, которое можно было бы предотвратить.

Адвокат, соавтор законопроекта Алексей Паршин подтвердил, что действующий Уголовный кодекс не работает как профилактика:

— Сейчас, если дело не возбуждено, вообще нет никакой защиты. А законопроект обеспечивает защиту в виде охранных предписаний.

Адвокат добавил, что законопроект не предусматривает никакого принудительного отъема детей из семей, зато у полиции появятся дополнительные инструменты, которые можно будет применить при вызове к дебоширу в том случае, если пока что нет насилия, но есть факты хулиганства, ругани и т.д.

Каким образом будут предотвращены оговоры и лжесвидетельствования? Адвокат пояснил, что полиция не на голом месте будет выписывать защитное предписание, а после разговоров со свидетелями, рассмотрения следов побоев и т.д. Выданное защитное предписание можно будет обжаловать.

Депутат Госдумы, соавтор законопроекта Оксана Пушкина считает экстремистами тех, кто выступает против закона. Говоря о сути документа, Пушкина еще раз сделала акцент на системе защиты жертв насилия: это два вида охранных ордеров — внесудебное, которое выписывает полицейский, и судебное.

— В существующих законах есть расследование факта насилия и наказание, но нет профилактики и защиты, — утверждает Пушкина, — а профилактика семейно-бытового насилия без защиты быть не может.

Правозащитница, соавтор законопроекта Алена Попова настаивает на их «идеальном варианте» законопроекта, который разительно отличается от того, что размещен на сайте СФ. Попова считает, что в законопроекте должны быть все виды семейного насилия — наравне с физическим еще и психологическое, и экономическое, и сексуальное. «И не дай бог, в законопроекте останется слово «примирение!» — заявила правозащитница.

Похоже, что до консенсуса между авторами и противниками законопроекта еще ой как далеко.

Видео (кликните для воспроизведения).

Заголовок в газете: Насилие над законом о насилии
Опубликован в газете «Московский комсомолец» №28160 от 25 декабря 2019 Тэги: Дети , Общество Персоны: Владимир Путин Организации: Совет Федерации Полиция

Источники

Закон о домашнем насилии последние новости
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here